Книга Триединое Королевство, страница 95 – Anne Dar

На секунду почувствовав его родительскую боль, я искренне произнесла:

— Мне жаль, что так вышло с твоей семьёй.

— Всё так, как должно быть, – лишённым склонности к сентиментальности тоном отзывается Король.

— Борею прошедшим летом исполнилось пятьдесят три года, получается, твои дочери обратились в Металлов в две тысячи девяносто пятом году…

— Не обе. Сольвейг обратилась на полгода раньше. Это произошло ровно пятьдесят четыре года назад. Девятнадцатого сентября две тысячи девяносто четвёртого года Гидеон Роул поразил Дворец Вампрагмой. Той ночью, спасаясь и спасая самых близких мне людей, я обратил в Металлов некоторых: Рею Роул, ныне являющуюся моей названной дочерью; Проктора, ныне являющегося моей правой рукой; Сольвейг и себя. Розалия же была обращена немногим позже, так как появилась на свет в середине марта следующего года. Ты знаешь о том, что чем старше Металл, тем он сильнее?

— Впервые слышу, – я закусываю нижнюю губу, понимая, что уже давно не только знаю возраста всех здешних Металлов, но и выдала наши возраста. Получается, это также имеет значение…

— Ты, Борей и Кайя – одни из старейших, а значит, сильнейших Металлов, и это значит, что ваши дары и физические силы крепче, чем у позже обращённых Металлов.

Получается, самые первые Металлы появились в этом мире в две тысячи девяносто четвёртом году. И можно определить следующим образом: все Металлы, появившиеся до начала двадцать второго века, могут считаться древнейшими. Экземпляров не так уж и много, но сила в них немеренная, и я – одна из тех, кто сильнее прочих, то есть, древняя…

Чем больше общаюсь со здешними Металлами, тем отчётливее проясняется не только принадлежащий мне металлический мир, но и металлический мир, принадлежащий им. Получается, Розалия – тот самый восемнадцатый пункт, которого я недосчиталась после разговора с Йорун. Теперь все точно в сборе: их восемнадцать ровно. Невероятно большая, а значит, невероятно сложная семья…

Словно прочтя мои мысли, Багтасар обращается ко мне с вопросом о моей семье в момент, когда мы попадаем в очередной внутренний сад, разбитый прямо посреди помещения:

— Как себя чувствует во Дворце твоя семья? Надеюсь, им здесь нравится.

В саду витают приятные, фруктовые нотки незнакомых мне ароматов… Я свободно отвечаю:

— Им здесь нравится, – признаю я, мысленно опуская цитаты Борея о том, что в этих чертогах, по его внутреннему ощущению, невозможно не чувствовать себя нестеснённым, как это возможно на безграничных просторах природы.

Видимо, не удовлетворившись моим сжатым ответом, Багтасар решает расширить его личными наблюдениями:

— Твоя Кайя улыбчива, она создаёт впечатление личности лёгкой на светлые чувства, словно мотылёк, радующийся каждому растению, способному к цветению; более же серьёзному Борею, кажется, сложнее даётся пребывание в большом обществе, однако, очевидно, Аурелия Блаукрафт стремится расслабить его и, судя по тому, как Борей смотрел на неё этим вечером, у неё есть все шансы.

На секунду случайно встретившись взглядом с собеседником, я понимаю, какимвзглядом весь вечер на меня смотрит он сам, поэтому, от напряжения, поддерживаю тему о других действующих лицах нашего диалога:

— Аурелия кажется неплохой девушкой.

— Она дочь моего военного советника, – военного? разве такие должности актуальны в Павшем Мире, тем более в металлических королевствах? – Не могу сказать ничего дурного об этой девушке. Что же Борей? Он обычносерьёзен или напротив?