Книга (не) Случайная для дракона, страница 81 – Алиса Меру

Вот, — подумала я. — Вот оно.

— Каэль, — сказала я.

— Говорят что ты скрываешь от меня кто ты, — сказал он. Ровно. Без обвинения — просто факт. Но за этой ровностью — что-то сдерживаемое. Горячее.

— Это правда, — сказала я.

— Знаю что правда.

— Тогда —

— Я злюсь не на тебя, — перебил он. — Я злюсь на то как это вышло. — Пауза. — На то что не от тебя.

Я смотрела на него.

Он знает что это Лира. Или догадывается. И злится на неё — не на меня.

— Каэль, — сказала я. — Я обещала сказать тебе. Сама. После ритуала я —

— Почему после, — сказал он. Всё так же ровно — но что-то в этой ровности трещало. — Почему не сейчас. Почему всё — потом, после, скоро.

— Потому что я боюсь, — сказала я.

Молчание.

Он смотрел на меня — с тем холодным закрытым лицом. За которым — я уже знала — не холод. За которым — то же самое что и у меня. Страх. Просто его страх выглядит как злость а мой — как стена.

— Чего боишься, — спросил он.

— Что ты уйдёшь, — сказала я. Тихо. — Когда узнаешь. Что это — слишком. Что ты закроешься снова и —

— Я сказал что никуда не ухожу.

— Это было вчера, — сказала я. — До того как ты пришёл вот так.

— Я пришёл вот так потому что злюсь на Лиру, — сказал он. — Не на тебя.

— Я вижу холодное лицо, — сказала я. — Я вижу закрытые глаза. Я вижу человека который снова за броней. — Пауза. — И я не знаю что за этим.

Долгое молчание.

Он смотрел на меня.

Что-то в нём — медленно, видимо — менялось. Как лёд который начинает таять. Едва заметно.

— Боишься что я закроюсь, — сказал он.

— Да.

— А ты сейчас что делаешь.

Пауза.

Я смотрела на него.

Что я делаю, — подумала я. — Я стою и жду что он закроется. И при этом сама — закрытая. Вот уже два дня за стеной. Сама взяла кружку, сама убрала взгляд, сама первая отодвинулась.

— То же самое, — сказала я тихо.

Что-то мелькнуло в его лице — быстро, живо. Янтарь в глазах чуть потеплел — едва, но я заметила.

— Да, — сказал он. — То же самое.

Они смотрели друг на друга.

В библиотеке было тихо. Камин горел — ровно, тепло. За окном снег.

— Каэль, — сказала она наконец.

— Что.

— Завтра. После ритуала. Я расскажу тебе всё. — Пауза. — Не потому что должна. Потому что хочу.

Он смотрел на неё.

— Хочу, — повторила она. — Это другое. Ты же понимаешь разницу.

Долгое молчание.

— Понимаю, — сказал он наконец.

— И ты останешься. Когда услышишь.

— Да.

— Обещаешь.

Он смотрел на неё — янтарь в глазах тёплый теперь, живой. Холодное лицо ушло — не сразу, медленно, но ушло.

— Да, — сказал он. — Обещаю.

Она выдохнула.

Он подошёл — медленно, без спешки. Встал рядом. Его рука поднялась и легла ей на плечо — тяжёлая, горячая, живая. Не обнял — просто положил руку. Просто — я здесь.

Она не отодвинулась.

— Каэль, — сказала она тихо.

— Что.

— Я злюсь на Лиру.

Что-то мелькнуло в его лице — снова почти улыбка.

— Я тоже, — сказал он.

— Что ты с ней сделаешь.

— После ритуала, — сказал он. — Разберёмся. — Пауза. — Со многим разберёмся.

Они стояли — его рука на её плече, рядом, в тишине библиотеки. За стенами загудело — глубоко, тяжело.

Один день.

Рэн

Вечером он нашёл Лиру в саду.

Она стояла у каменной скамьи — в белом плаще, одна. Смотрела на снег.

— Лира, — сказал он.

Она обернулась. Увидела его. Что-то в её лице — быстро — изменилось.

— Рэн, — сказала она.