Книга Трофей Отставного генерала, страница 27 – Кира Райт

Потому промолчала, громко шмыгнув носом. Какое ему дело до моих слёз? Разве не всё равно, как чувствует себя его ве…

И вдруг он прижал мою голову к своей широкой, крепкой груди, обнимая.

Это не ощущалось как-то неправильно, хоть и было непривычно и почему-то волнительно (может потому, что кроме сестёр меня и не обнимал как-то никто). Его вкусный запах заполз в ноздри, немного расслабляя…

Хотя я совершенно точно должна была разозлиться и оттолкнуть его. Ведь это он сейчас говорил эти ужасные слова! Он, а не кто-то другой.

— Какой же ещё ребёнок, а… Неужели ты не поняла, что я шучу, Лио? – вздохнул.

Я всхлипнула.

— Ничего я не ребёнок! – попыталась показательно оттолкнуть его руками, а телом прижалась поплотнее, надеясь, что это незаметно.

Почему-то вопреки доводам логики и разума отодвигаться от него вовсе не хотелось. Хотелось так ещё постоять. Подольше. И он погладил меня по волосам, не реагируя на слабые попытки высвободиться.

Вот и славно. Мне правда нравилось то, что он делает сейчас…

Всяко лучше, чем когда угрожает продать как непослушную рабыню и напоминает о той стыдной сцене в лесу и моей просьбе. Я же от безвыходности тогда, а не потому что на самом деле у меня низкая социальная ответственность (так Тамира ругалась бывало). Если бы был другой вариант, то конечно, не стала бы.

Но сейчас вроде бы он раскаивался в сказанном. Вёл себя совсем иначе. И говорил как-то по-другому. Может то неправда была? Где-то в глубине души мне так хотелось в это верить, а не разочаровываться в нём ещё больше…

— Нет. Конечно, нет, – согласился генерал, не став спорить опять и аккуратно поглаживая меня по голове. – Только не плачь, моя воительница.

Моя? Он обо мне так? Так ласково и приятно… Так про меня никто никогда не говорил… Или он «моя» говорит, потому что принадлежу ему?

Недоверчиво подняла взгляд:

— Я же твоя рабыня теперь. Ты будешь меня обижать?

Тень тяжело вздохнул:

— Для рабыни у тебя слишком взрывной характер, Лио. Какая-то ты неправильная рабыня. И если думаешь, что я не заметил спрятанный в твоём декольте кинжал…

Я густо покраснела и всхлипнула снова.

— Ну тише-тише. С чего ты взяла это всё? Какая рабыня? Пошутил неудачно, признаю. Думал, ты как всегда забавно так разозлишься. Прости, что напугал. Вот разве я обижал тебя всё это время? И дальше не стану. Даю слово. Слово генерала, если не веришь наёмнику.

Мои слёзы высохли.

Правда?! Он шутил?!

И хотя такая шутка говорила о его ужасном чувстве юмора и вовсе не казалось мне смешной, страх и обида тут же растаяли, уступая место недоверчивости и закипающему внутри недовольству.

— Ты не станешь делать со мной что захочешь? – уточнила на всякий случай с надеждой и подозрением.

Почему-то он усмехнулся:

— Только если этого захочешь ты.

И мои щёки окрасились алым ещё больше от того, как волнующе это прозвучало. Хотела ли я того, что он хочет? Не знаю… Кто ж его разберёт, генерала этого, какие у него там желания.

Мне просто так приятно, когда он обнимает… Как он пахнет. И когда он рядом, мне спокойно… Хотя всё ещё хочу сбежать, чтобы быть свободной. Тем более, что уже начинала злиться за то, что я всё восприняла за чистую монету, а он смеялся надо мной!

— Но я теперь твоя вещь…

— Выброси эти глупости из головы.