Книга Огонь для водолея, страница 100 – Анна Лучок

— Так и будешь пялиться? Хотя бы дай пройти.

Я удивилась резко поменявшемуся тону. Мурлыканье из голоса Нюйберга исчезло будто ничего подобного и не было. Грубость на мгновение выбила Артура из колеи, и он отошёл в сторону. Воздух продолжал подрагивать, но я не ощущала жара, даже когда Марк подвёл меня ближе.

Нюйберг слегка подтолкнул меня к лестнице, пропуская вперёд. Я старалась больше не смотреть на Франка и стала быстро спускаться. Правда, Марк не последовал сразу же, он повернулся и сказал что-то ещё и только после отправился за мной. Я даже пожалела, что не услышала, что такого он сказал. Артур свесился с перил, сверля нас взглядом, и крикнул вслед:

— Нюйберг! Ты, маленькая дрянь, смотрю, тебе совсем жить скучно стало?!

— Конечно, скучно, — поддакнул Марк, — Ты ни магией нормально пользоваться не умеешь, не угрожать, ни даже оскорблять. Унылый ты, сынок.

Марк, как и обещал, повёл меня в город, завтракать. В ту же таверну, что и в прошлый раз. Только теперь внутри не было никого, даже за стойкой хозяин появился не сразу, а после окрика Нюйберга со второго этажа послышался скрип половиц. Грузный мужчина явно недовольный, что его отвлекли, выглянул с лестницы и нехотя спустился обслужить нас.

На сей раз от каши отказалась. Живот страшно урчал и был готов переварить самого себя. Так что я попросила рагу и блинчики с джемом. Нюйберг не упустил момента прокомментировать:

— Ого, вот это зверский аппетит.

Раздумывая, чтобы такого поувесистее ответить, сверлила Марка взглядом. Уверена, ещё секунда и проделала бы в его лбу дыру, но огонёк быстро сдался, поднял руки и ласковее проговорил:

— Ладно-ладно, прости, постараюсь держать свои комментарии при себе.

— Уж будьте так любезны, мистер Нюйберг. А то, как знать…

Я недоговорила. Не знаю, чем могу ему угрожать. По силе Марк явно меня превосходит, если не всех в академии. Всё чаще замечала, что на занятиях ему скучно, а в спаррингах он почти засыпает, шутит, издевается над противниками. И этим поведением не один раз выводил мистера Рейнсара из себя. Однако моё подначивание только заинтересовали Огонька.

— А то что?

Он слегка подвинулся вперёд, опираясь о стол локтями. Мягкая полуулыбка и опять чертята пляшут в глазах. Я смутилась, увела взгляд в тарелку. Было и что-то хорошее в этих коротких встречах и разговорах, которые, однако, доводили меня до паники. Почувствовала, как капелька пота стекла по спине, дёрнула плечами, пытаясь взбодриться. Выпалила первое, что пришло в голову:

— А то не стану тебе ничего про амулет рассказывать.

— Вот как?

Марк облокотился на стул и упёр ладонь в подбородок. Несколько минут в абсолютной тишине, насколько это возможно в почти пустой таверне, он рассматривал моё лицо. А я не поднимала взгляд, чувствовала, что зря это ляпнула. И Нюйберг будто сам понимал, он постоянно так смотрел, поступал, словно читал чужие мысли. С лёгкостью просчитывал всё наперёд и ни разу не терял над собой контроль.

— Даже если я могу знать о нём больше?

Я сжала юбку. Глупо верить, что Марк даже не догадывается о моём проклятии. И всё-таки его загадочность пугала. Чувствовала себя слепым котёнком рядом с Нюйбергом. Котёнком, которого он подобрал из прихоти, странного желания. И теперь играется.