Книга Посвящение в бывшие, страница 96 – Анастасия Феникс

— Ты… Сука, ты кого притащил в наш дом?! Ты хоть знаешь, что это за мразь, которую ты сейчас тискаешь?! — взвизгнула Ангелина, а я невольно поморщилась.

— Закрой рот, сестрица, — одернул ее Хан.

— Сын, давай отойдем, — подключился его отец, который подошёл к сыну и, взяв его за плечо, потянул за собой. Я же с лёгкостью выпустила руку Костерова. Его мать пошла вместе с ними, оставив нас с его сестрой наедине.

— Как ты посмела явиться в наш дом?! — зашипела она, сжав руки в кулаки, а я усмехнулась, скрестив руки на груди.

— Это мой дом, шлюшка, — вспомнила я, как ее впервые назвал мой брат, когда только увидел. Прямо при ней. Он категорически отказывался на ней жениться, я помню. Когда они, Костеровы, явились к нам ради этого. Вообще они хотели объединения "КФ" и "Будапешт", посредством брака моего брата и этой Ангелины, которая по их плану должна была манипулировать моим братом, тем самым взяв управление компаниями на себя. Меня в счёт они не брали, так как думали, что брат будет единственным наследником, так как он старший. Что дед провернул финт и хотел отдать мне минимум 30, а максимум 50 % компании знал лишь узкий круг лиц: юрист, нотариус, брат, отец, ну и я сама, ради общего блага. Но брат быстро просек, что за фишку хотят провернуть эти личности и сказал, что жениться он точно не будет. Когда дед воспротивился, он попросил только об одном — сообщить, что я тоже наследница, причем, вполне возможно, основная. И мы сообщили. Свадьба расстроилась, а после этого, меньше, чем через год, моей семьи не стало. И меня самой могло бы не стать! — которая копирует меня как только может, — прицокнула я, смотря на ее, идентичный моему, внешний вид, а ещё на гарнитур "Аленький цветок", что создал для меня дед. Это бесило.

— Ошибаешься, коза драная, — она подошла ко мне впритык, — этот дом наш. А у тебя нет совершенно ни-че-го. Вот уж не знаю, из какой дыры ты выползла и залезла в трусы к Косте, но отец ему быстро промоет мозг и он поймет, кого сюда притащил!

— Наивность! Если бы не твой брат, я бы даже не полезла сюда. Он сам меня нашел и сам, как ты правильно сказала, притащил сюда, — после этого я демонстративно протёрла пальцем камень на кольце. После того, как эта сучка обратила на него свое внимание, ее аж всю перекосило, — он мне даже колечко вернул. А уж я в долгу не останусь, заберу всё остальное сама!

— Ты… — начала было она, но тут к нам подскочила Софи с бокалом в руках. Она, будучи на кураже, хотела что-то сказать Костеровой, но, увидев меня, подавилась и выдавила из себя совсем не то, что планировала:

— Ты?.. — я усмехнулась.

— Да, дрянь! — чтобы не вцепиться ей в лицо, пришлось сжать ладони в кулаки, до боли впиваясь ногтями в тонкую кожу, и это при том, что я была лицом абсолютно спокойна, словно лёд, — Да, это я! И тебя я убью, Богом клянусь, а своему отцу передай, что его ждёт кое-что похуже. Что именно — я придумаю. А у меня крайне больная фантазия! — Софи Гаулинни закашлялась аккурат в тот момент, когда ко мне подошёл Костеров и, схватив меня за руку, потащил на выход, на ходу бросив:

— Мы уходим! Сейчас же! — не став спорить, я просто пошла за ним. Покрасовалась и хватит. Вот верну все на свои законные места и тогда поболтаем! А сейчас язык чесать — та ещё глупость. И пустая трата времени!