Книга Инфинит. Империя на крови, страница 64 – Анастасия Феникс

Мой внутренний зверь — драконница — приятно заурчала, прося полетать. Хотя нет, она не просит! Она требует! Да я и сама не против.

С лёгкостью взобравшись на перила и оттолкнувшись от них, я полетела вниз. Приземление, благодаря моим новым способностям вышло более чем удачным. Трава, промёрзшая и покрытая инеем, хрустела под ногами. Отбежав от плато и от домов подальше, я обратилась. Мир сразу стал таким маленьким, крохотным. Присев на все четыре лапы, я одним рывком встала и оттолкнулась. Мощные крылья подняли шипастую меня вверх, позволяя лететь. Холодный воздух не мог проникнуть сквозь толстую чешую, не давая мне замёрзнуть. Ветер щекотал перепонки моих крыльев, вызывая у меня улыбку, которую принимают за оскал. Полёт продолжался довольно долго, судя по уже почти чёрному небосводу, вечер давно уже наступил и почти прошёл, отдавая вахту ночи. «Всё появляется из тьмы и всё в неё уходит» — вспомнила я слова Берита. А ведь это — правда.

Подлетая к замку, я заметила, что похолодало слишком сильно. Из моего огромного носа вырывался пар. В какую-то секунду мне что-то попало в нос, и я очень смешно чихнула, выпустив маленькую струйку пламени. Это был снег! Пока я приземлялась, начался настоящий снегопад.

Обратившись обратно в человека на балконе своего кабинета, заскочила внутрь посмеиваясь. Вся голова была буквально белой от снежных хлопьев. Хлопнув в ладоши активировала световые шары и быстро написала распоряжение о включении отопления. Оно было отправлено спец. почтой на цокольный этаж. Максимум через полчаса станет тепло. Выключив свет, медленно опустилась в кресло.

Я сидела и в полной темноте размышляла. Знаете, полумрак очень располагает к мыслительному процессу, особенно когда ничего не видно. Сидишь такой и думаешь: «Сейчас хендехокнут и не докопаешься».

Я сидела с закрытыми глазами и ощущала пустоту, накрывшую меня. Она была повсюду, как вокруг, так и внутри. Конечно, небыло того холода, который часто описывают, вместо него была апатия.

Перед глазами резко посветлело и я, с трудом, но подняла тяжёлые веки. Камин горел во всю, разрушая мой уютный кокон небытия. Лениво потянувшись, встала и поплелась к шкафу.

Лениво проворачивающийся замок как будто поддавался всеобщему унынию. Лишь камин «выпрыгивал», говоря о наличии жизни «на Марсе». Наконец послышался долгожданный щелчок, и дверца открылась. Девять… Девять писем от Сайреса, простой макулатуры, которую мне даже читать лень. А зачем, если я и так знаю то, что мне нужно? Осталось лишь прояснить детали и просветить меня в некоторых моментах, например, мотив. И ради этого я на многое пойду, упёртая.

И всё-таки мне хотелось посмотреть что там, где-то в душе что-то шевелилось, пришлось на это что-то рыкнуть. Раздираемая внутренними противоречиями, я взяла бумагу в руки. Одна половина меня требовала выкинуть её в огонь не раздумывая, в то время ка другая хотела прочитать. Я зажгла свечу и начала поочерёдно подносить письма, чтобы текст просвечивался. Но, защищённые заклинанием, они просвечивали лишь кривые рожицы. Ну и ладно, не больно то и хотелось.

Три письма разом полетели в камин. Яркое пламя буквально «съело» бумагу за пару секунду, превращая листы в пустой пепел. Метель, поднявшаяся за окном, завыла сильнее. Всё стало каким-то таинственным и опасным, заставляющим насторожиться. В этой могильной тишине, способной заставить родственников тратиться на похороны, скрипнула дверь. Я схватила со стола перочинный ножик, который мне поможет только убить себя саму и стала в боевую стойку для устрашения. Себя.