Книга Уроки любви и предательства (от) для губернатора-дракона, страница 10 – Лера Виннер

Казалось, без опоры я просто упаду, и тогда…

Так ничего и не сказав, оставшись абсолютно серьезным, он развел мой воротник шире, и я все-таки прикусила губу, чтобы не закричать. Все это выглядело ужасно, — непристойно, отвратительно. Из-за сбившегося дыхания моя грудь под нижней рубашкой вздымалась слишком часто, а взгляд графа был настолько откровенным.

Когда он, словно пребывая в глубокой задумчивости, поднял руку, мне стоило огромного труда не шарахнуться назад. Да и то только потому, что бедром я упиралась в его стол, и бежать было некуда.

Костяшки его пальцев медленно скользнули по моей груди, над самой кромкой ткани, от одного плеча к другому.

Как будто намеренно издеваясь, он позволил мне сделать вдох, переживая это первое прикосновение, а потом повторил тот же путь, но уже кончиками пальцев.

Я не могла понять, что из этого ощущалось острее, но волна мурашек по спине заставила вздрогнуть, едва ли не заметаться от нестерпимого желания прикрыться.

— Удивительно. Ты и правда меня боишься.

Он не взглянул мне в лицо, но его пальцы опустились ниже.

Через тонкую ткань сорочки они показались мне немыслимо горячими, но стоило им остановиться на соске, и я будто окаменела.

Чудовищное напряжение, заставившее его отвердеть, было истолковано неверно, но я не могла… Не должна была говорить об этом. Не имела права просить его о снисхождении.

— Конечно, боюсь.

Для того, чтобы снова почувствовать пол под ногами, мне нужно было сказать или сделать хоть что-то, и ответ, которого от меня не ждали, послужил для этого прекрасной возможностью.

Рейвен вскинул взгляд так неожиданно, что я не успела ни опустить ресницы, ни отвернуться.

Забыв как дышать, я смотрела ему в глаза, и чувствовала, как утопаю в этой нечеловеческой зелени, а он воспользовался этим…

Конечно же, он этим воспользовался, чтобы надавить пальцами сильнее, заставить меня выдохнуть изумленно, коротко, рвано.

— В таком случае, скажи мне вот что. Кто до меня трогал тебя так?

— Что? — перед глазами плыло, и смысл его слов с трудом доходил до моего разума. — Как вы смеете?..

— Вы сейчас серьёзно?

Мы снова встретились глазами, и у меня во второй раз за несколько минут захватило дух.

В эту минуту взгляд графа вдруг показался мне живым, искрящимся весельем, азартом… любопытством.

Губы пересохли, и я не знала, как сгладить возникшую по моей вине неловкость, но делать этого не потребовалось.

Рейвен провел пальцами по моей груди снова, заставляя вздрогнуть сильнее.

— Любопытно, как же так получилось? Жизнь в столице, веселые нравы творческой элиты. Вас многие должны были желать.

— У меня есть жених…

Упоминание Патрика казалось почти кощунством, но я находила в себе силы, держась за его имя.

Разумеется, слухи о том, что я живу с лордом губернатором, как не обремененная моралью крестьянка, докатятся до него.

Разумеется, он придет в такое же отчаяние, как и я, будет так же опорочен.

И все же Патрик, — нежный, серьезный, обходительный, — был моей последней надеждой.

Я верила, что он выслушает меня и поймет. Сумеет смирить свою гордость, узнав о том, через что мне пришлось пройти, растоптав свою ради семьи.

Ради родителей, которые…

— Жених, да. Клерк в столичной юридической конторе. Я наслышан об этом, — Рейвен продолжал обводить пальцами мой сосок через полупрозрачную ткань. — Где же он сейчас? Почему не спешит выручать вас? Вы постеснялись сказать ему о своей беде? Если нет, что же помешало ему предложить мне свою шпагу или свой ум?