Книга Второе дыхание, страница 65 – Ольга Кобзева

— Умоляю, айсхи, не трогайте мою дочь! Она — хорошая девушка, никому не сделала дурного! Глава, молю о защите! — разорялась женщина.

— Успокойся, Ишдира, твоей дочери ничего не грозит. Ведь не грозит? — повернулся вопросительно ко мне.

— Да вы спятили тут все? Корт, она напала на меня! Вон видишь палку? Вот ею собиралась огреть меня по голове. Дважды!

— Мальярис, это правда? — мгновенно переменил тон глава.

— Нет, глава! Клянусь великой заступницей Горхой, она лжет! Да отсохнет мой язык, коли так…

И тут над девушкой пронесся ветерок, опрокидывая и ее, и прикрывающую ее мать навзничь.

Поднявшись, Мальярис пыталась что-то сказать и не могла. С вытаращенными глазами она открывала и закрывала рот, махала руками и сипела. А по щекам ее текли слезы отчаяния. Мальярис бросилась в ноги главе, заглядывая ему в глаза, но мужчина небрежно оттолкнул девушку, виновато глядя на меня.

— Прости, Виктория, я должен был тебя защитить.

— Ты не можешь говорить? — наклонилась к девушке, помогая подняться. Нет, мне не стало ее жалко, мне было любопытно и… немного жутко.

Мальярис отчаянно трясла головой и указывала себе на рот. Зрелище было отвратительное. Вкупе с размазанными по лицу слезами и глупым выражением лица.

Интересный опыт, — присвистнула про себя, в очередной раз отмечая, что стоит думать, прежде чем что-то говорить. Расправа, оказывается, может быть очень и очень скорой.

— Чем ты думала? — рыдала Ишдира, пытаясь успокоить дочь. — Ведь великая Горха — покровительница всех айсхи!

Мальярис еще пуще разрыдалась. Вывернулась вдруг из рук матери и бросилась ко мне. С выпученными глазами и растопыренными пальцами, увенчанными грязными ногтями, девушка попыталась напасть. Шаг назад, взмах рукой, и Мальярис застыла, обвитая за щиколотки плотным вьюнком. Мгновенно обездвиженная девушка не удержала равновесия и снова рухнула на землю.

— Тебе лучше увести свою дочь, Ишдира! — грозно рявкнул Корт. — Нападение на айсхи карается смертью, неужто тебе то неведомо? — перевел он внимание на Мальярис. — Еще до заката ты должна убраться из поселения. Я тебя изгоняю! Изгоняю! Изгоняю! Изгоняю!

Мальярис бледнела с каждым веским словом главы. Она уже не плакала, застыла, неверяще глядя на мужчину, словно ожидая каждую секунду, что он передумает.

Перевела взгляд на Ишдиру, та стояла с неменьшим ужасом во взгляде, онемев не хуже дочери.

— Глава, — отмерла она. — Да как же это? Да разве ж можно изгонять молодую деву? Еще и… сейчас, — перевела она растерянный взгляд на дочь.

— Я все сказал! Виктория, идем.

Корт уверенно потянул меня в сторону дома. Шла, не переставая думая о глупой девушке и причинах, побудивших ее к этому поступку. Хотя какая разница? Я-то точно знаю, что не сделала ей ничего дурного. Да и если бы вдруг обидела как-то, что ж меня теперь убить, что ли?

— Корт, она ведь это из ревности, да? — другой причины придумать я не смогла. Глава остановился, повернулся ко мне.

— Я не давал ей слова, Виктория. Мальярис помогала по хозяйству и только. Что там у нее в голове — мне неведомо.

— Изгнание, что это значит?

— Это значит, что до того, как светило скроется на небосводе, она должна собрать пожитки, какие сможет унести, и покинуть поселок. Возвращаться ей нельзя.

— А родители? Семья?