Книга Сбежавшая истинная дракона, страница 12 – Екатерина Гераскина

Я, похоже, осталась одна в этом мире. Я повернулась спиной к маме, чувствуя, как слезы продолжают бесконтрольно катиться по моим щекам, и пошла в свою комнатку.

Мне нужно было собрать свои вещи и покинуть отчий дом.

Как же хорошо, что я не пошла на поводу у мамы и поступила в академию.

Великий Дракон!

Хватило же мне мозгов на это.

Я обвела взглядом свою скромную спальню, односпальную скрипучую и старую кровать, укрытую цветастым покрывалом. Столик и колченогий стул, небольшой шкаф.

Зеленоватые стены казались раньше такими уютными, сейчас же я понимала, что вижу все это в последний раз.

Я распахнула створки шкафа и начала складывать в единственную сумку, что хранилась на антресоли, свои скудные пожитки из трех платьев, застиранного хлопкового белья, носков, легкого свитера.

Пока собиралась, в голове крутились слова матери.

Они жгли меня как каленое железо.

Осознание, что она хочет меня продать подороже, чтобы улучшить свое материальное положение, обидно кололо. Я ведь так старалась, работала с десяти лет.

И что в итоге?

Противная истерика подступала как лавина. Но времени не было на это.

Теперь я стала всерьез опасаться, что матушка первая же откроет дверь и впустит недожениха на порог дома и выдаст ему меня.

Неужели такова ее любовь?

Я воровато оглянулась на дверь. Она плохо закрывалась и в дверном проеме была широкая щель.

Вроде никого.

А потом я опустилась на колени и подцепила половицу ногтями. Мой стратегический маленький запас монет, что я откладывала на черный день или на день, как оказалось, моего прозрения, лежал в тайнике.

Сложила холщовый мешочек в карман к грамоте.

Подхватила матерчатую сумку с одеждой и только сделала шаг, как заметила, что в дверях стоит матушка.

Я приподняла сумку на уровень груди.

В ее руке было что-то сжато, а взгляд не предвещал мне ничего хорошего.

Я попятилась. Зеленые глаза матери сверкали отчаянной решимостью.

Совершенно не понимала, что она собирается сделать.

А потом все произошло за доли секунды.

Мама разжала кулак. На руке лежало нечто вроде старинной броши, выполненной из темного металла.

На броши были выгравированы сложные узоры и символы, которые я никогда прежде не видела, они пульсировали и излучали тусклый свет, когда мама активировала артефакт.

В центре зловещего украшения красовался камень непонятного происхождения, который менял цвет от глубокого сапфирового до кроваво-красного.

Воздух вмиг потяжелел, сгустился вокруг меня. Мама сделала пару шагов по направлению ко мне.

Необъяснимое чувство тревоги и дискомфорта окутало меня. Волоски на коже встали дыбом. Чувствительный с рождения слух уловил тихое жужжание, идущее от жуткой броши.

Но самое ужасное, что я тут же почувствовала дикое истощение. Из меня начали вытекать силы, а мое тело становилось неподвластным мне. Внезапно мои ноги ослабли, и мир поплыл перед глазами. Я пошатнулась, пытаясь удержаться на ногах, но силы покидали меня.

— Что ты делаешь, мама? — слабым голосом спросила я.

Женщина, которая меня растила и которую я любила, вдруг стала мне незнакомкой.

— Эвелина, ты всегда была моим самым ценным активом, — мама произнесла эти слова с таким холодом в голосе, что мне стало страшно.

— Ма-ма… — начала я, но она перебила меня.

— Ты думала, я заботилась о тебе из любви? — ее смех прозвучал почти зловеще. — Я растила тебя как вложение в будущее. Ты — мой актив, которым я могу выгодно распорядиться.