Книга Эмпаты, страница 72 – Мэтт Каулиц

«А когда они не тряслись за последний год?..»

На глаза ему попалась вырезка о погибшем аудиале. «Стефан». В который раз перечитав его послужной список, Кай провел пальцем по строке «Семейное положение: женат на Ханне Змигродской. Детей нет».

Та самая активистка у больницы. Информацию о ней пришлось искать в другой части папки, среди обычных зрителей. Впечатляющая биография жены погибшего инсайдера содержала немало интересного, и хотя Кай уже помнил ее наизусть, он вновь впился глазами в текст.

Окончила Институт по типу воздействия: эмпатия. Но по инсайдерской специальности никогда не работала, и, получив лицензию, отправилась получать второе образование в политологии. Стандартная схема среди многих инсайдеров, которых в Институт загоняли инспектора. Отбыв положенные четыре года, вынужденные студенты отправлялись добывать действительно желаемую профессию.

Змигродская успела побывать и политическим консультантом, и главой благотворительного фонда, и даже входила в состав предвыборной команды местного мэра, откуда уволилась год назад.

Последним местом работы значился «Центр социологических исследований». Кай смутно представлял, чем там занимается бывшая эмпатка и задумчиво открыл карту на телефоне. Здание располагалось на самой окраине города в промышленном районе. Не слишком респектабельно, но в целом прилично. Домашний адрес значился буквально через улицу от ее офиса.

«Удобно и попахивает скорее трудоголизмом, чем совпадением.»

От изучения, а точнее зубрежки подноготной Змигродской, его отвлекла скрипнувшая дверь. На кухню сегодня почти никто не забредал, судя по приглушенному шуму внизу, основная масса студентов собралась на первом этаже. Поэтому внезапный визитер стал неприятным сюрпризом для Кая. Выражение лица Мики при виде эмпата моментально поменялось с сонно-благодушного на яростное.

— Какого хрена ты здесь делаешь?

Кай выразительно поднял брови, выражая все отношение к глупому вопросу. Папка со стуком закрылась, изучать материалы в столь сомнительной компании ему перехотелось. Коротко глянув на часы, он обнаружил, что сидит здесь уже несколько часов.

— Сижу. Плохо видно из-за носа? – почти с сочувствием спросил Кай.

Синева с переносицы расползлась в стороны, образовав темные мешки под глазами скандального второго эмпата. Импровизированная повязка из пластыря и куска бинта не скрывала синяков и припухлости. В таком виде его было почти жалко, но ровно до того момента, пока тот не открыл рот. На кухню Мика пришел за пакетом льда, который достал из морозилки и держал за уголок, не обращая внимания на то, что тот понемногу начинал капать на пол.

— Жалоба куратору будет уже сегодня. Или может хочешь высказать свои искренние сожаления?

— Хочу, – Кай выдержал паузу, прежде, чем продолжить. – Жаль, что у меня был только один стакан.

— Урод, – прорычал Мика.

— Главное, что не тупой.

Второй эмпат подавился воздухом и вместо ответа яростно швырнул в соперника пакет льда. Кай едва успел подставить локоть, защищая лицо, и он тут же онемел от удара. С самоконтролем у них обоих было откровенно фигово.

— Да, у тебя похоже совсем с нервишками проблемы, – словно задумчиво протянул эмпат, стараясь не показывать, что руку до самого плеча пронзило болью. Меткости Мике было не занимать.