Книга Двор Опалённых Сердец, страница 341 – Элис Нокс

Метка на моём запястье ослепительно вспыхнула.

Я перепрыгнула через перевёрнутый стул. Оттолкнула гостя, загораживающего путь. Ещё три шага. Два. Один.

Взлетела на возвышение.

Оберон протянул руку – инстинктивно, не осознавая. Словно тело помнило то, что разум забыл.

Наши пальцы соприкоснулись.

Метки вспыхнули золотым взрывом света, прокатившим по залу волной. Связь затрепетала, ожила, потянулась друг к другу сквозь магический барьер медальона.

— Кейт, – выдохнул Оберон, и в глазах промелькнуло что-то – воспоминание, эмоция, узнавание.

Я дёрнула его к себе.

Вторая рука метнулась к его шее – пальцы нащупали цепочку под воротом туники.

— Не смей! – завизжала Морриган.

Но я уже дёрнула.

Цепочка лопнула с металлическим звоном. Медальон выскользнул из-под ворота – мерзкий полумесяц с выгравированным знаком, пульсирующий тёмной магией.

Я швырнула его на пол.

И растоптала каблуком.

Треск. Вспышка.

Магия взорвалась – волна чёрного дыма хлестнула по залу, швыряя гостей на пол. Морриган отшвырнуло к стене, она ударилась спиной о мрамор. Люстра над головой закачалась, дождём посыпались хрустальные подвески.

Оберон замер.

Его глаза расширились – золото вспыхнуло, прорываясь сквозь серую пелену чар. Он моргнул раз, второй, словно пытаясь сфокусировать зрение.

Воспоминания хлынули потоком.

Я чувствовала это через связь – каждый образ, каждую эмоцию, каждый момент, что был стёрт медальоном.

Больница. Белфаст. Моя рука на его члене и циничная усмешка: «Девять из десяти».

Побег по коридорам. «Ты идёшь со мной, Джон Доу».

Мотель с видом на город. «Ты боишься вернуться?»

Бал-маскарад. Страстный поцелуй под влиянием Осколка. «Я хочу тебя, Кейт».

Лофт. Постель. Наши тела, сплетённые воедино. «Это я выбрала. Не артефакт. Я».

Золотая метка на запястье. «Ты пометил меня, как собственность?»

Квартал Теней. Доки. Страсть у стены склада. «Никаких обязательств».

Дублин. Погоня. Портал. Подгорье.

Аукцион. Алистор. «Двадцать тысяч за смертную».

Каждое слово. Каждый взгляд. Каждое прикосновение.

Всё.

Оберон задохнулся, падая на колени. Руки схватились за голову – пальцы впились в волосы, стискивая виски.

— Кейт… – голос сорвался, прозвучал хрипло, сломленно. – Боги… что я… что я сделал…

Он поднял голову, и в золотых глазах плескалась боль – такая сильная, что перехватило дыхание.

Вина, ужас, облегчение, любовь.

Настоящие эмоции. Его эмоции.

Связь ожила полностью.

И моё сердце екнуло – от счастья, облегчения, боли.

Он вернулся. Он со мной.

Я упала рядом на колени, руки обхватили его лицо:

— Оберон. Я здесь. Ты вернулся. Ты…

— НЕТ! – заорала Морриган.

Старуха рванулась вперёд – согбенная, обгоревшая, но яростная. Магия взорвалась вокруг неё чёрным облаком, вздымая подол платья.

Руки вскинулись, костлявые пальцы сложились в жесте проклятия:

— ТЫ НЕ РАЗРУШИШЬ МОЙ ПЛАН! СТОЛЬКО ЛЕТ Я ЖДАЛА! СТОЛЬКО ВЕКОВ ГОТОВИЛАСЬ!

Тёмная магия хлестнула в мою сторону – чёрные щупальца, пахнущие гнилью и смертью.

Оберон рванулся вперёд.

Встал между мной и атакой – спиной ко мне, руки раскинуты в стороны, загораживая собой.

Магия ударила в грудь.

Оберон выгнулся, задохнувшись. Чёрные нити обвились вокруг рёбер, впиваясь в кожу сквозь ткань туники.

— ОБЕРОН! – закричала я.

Но он устоял. Ноги вросли в мрамор. Челюсть сжалась, золотые глаза полыхнули яростью: