Книга Все это было с нами как во сне, страница 67 – Ольга Токарева

Магарианский успел подхватить графиню Корхарт. Присев с ней на диван и, смотря в светло серые заплаканные глаза, стал утешать: — Киара очень сожалеет, что своим побегом причинила вам боль и, скорей всего, навлекла королевский гнев.

Из груди графини вырвался тяжкий вдох.

— Лишь бы с нашей девочкой все было хорошо.

— Не переживайте. Она в окружении добрых и любящих ее людей. К сожалению, я тороплюсь. Киара обещала писать вам письма.

Встав, Андж подхватил хрупкую женскую ладонь, коснулся ее губами, чем вызвал недолгий шок у Флави. Рихарду послал добрый прощальный взгляд и, улыбнувшись тестю и теще, удалился.

Сев в карету, герцог приказал извозчику отвезти его на главную площадь. Не давал покоя вопрос. В какую тару грузить оставшиеся камешки? Натаскавшись рулонов ткани, он понял, что вопрос о закупке статуй и ваз отпал сам собой. Трудоемко и опасно. На рыночной площади Магарианский встретился с Растианом. Не показывая вида, что знакомы, они прохаживались в двух шагах друг от друга. И практически одновременно обратили свой взор на мешки с горохом и крупами. Сделав условный жест из двух пальцев графу, Андж решил пройтись по рядам с фруктами и при виде грецких орехов расплылся в довольной улыбке. Повторив жест, герцог направился в особняк, и там его уже поджидал гость.

Не составляло труда догадаться, что перед ним глава тайной канцелярии.

«Быстро ищейки разнюхали», — размышлял Андж и, не обращая ни на кого внимания, выйдя из кареты, не спеша направился к калитке, но был грубо остановлен.

— Прошу вас остановиться.

Вскинув в недоумении брови, Магарианский остановился, ухмыльнулся, окинув удивленным взглядом канцлера.

— Чем обязан вашему вниманию? — герцог начал свою игру с человеком, причинившим его девочке столько страданий.

— Для выяснения личности вам необходимо снять перчатки. Я подвергну вас ментальному допросу, — закипая от злости, чуть не рыча, приказал Аргаир.

Арвайский сам удивлялся. Отчего его так бесит незнакомец? Мужчина, стоявший перед ним, ему не только не нравился, он чувствовал в нем соперника. А чуйка канцлера практически никогда не подводила. Как только один из сысковиков донес ему, что в особняке графини Барванской появился неизвестный мужчина средних лет, по виду из знатного рода. Аргаира во время доноса словно пелена ревности накрыла. Выскочив из конторы и запрыгнув в двуколку, он приказал извозчику гнать. Изнывая от неизвестности, в нескольких метрах от дома Киары спрыгнул с подножки и рванул к воротам. И вот тут служанка своим отказом пустить его в особняк довела до бешенства.

— Не велено, Ваша Светлость. Леди Киары и леди Яримы нет в особняке. Во время их отсутствия чужих людей было велено не пускать.

— Что значит чужой! Я хорошо знаком с обеими леди.

— Не могу знать об этом. Не велено.

Продолжала гнуть свою линию бестолковая девица.

— Так у вас сейчас в доме проживает незнакомый мужчина. Ответь. Кто таков и с какой целью прибыл?

— Не могу знать. Леди Киара письмо передала. Велела позаботиться о госте.

— Письмо где?! — взревел Аргаир.

— Так было велено прочитать и сжечь. Простите, Ваша Светлость, дел много, — жалобно пролепетала девица, развернулась, засеменив к дому.

Аргаир был изрядно на взводе, стоял с нетерпением дожидался, когда незнакомец снимет перчатки. И он словно издевался. Делал это не спеша, с расстановкой поглядывая на канцлера синевой глаз, в которых плясали смешинки.