Книга В сердцах холодный лед, страница 127 – Ольга Токарева

Сделав реверанс, поспешила покинуть гостиную залу, оставив ошарашенных женихов переваривать свалившуюся на них новость.

Задерживаться в родительском доме не стала, торопливо направилась к карете. Войдя в повозку, опустилась на сиденье и стала вспоминать сегодняшнюю встречу с женихами.

Очнулась от голоса Эрома.

— Леди Киара. Прибыли. Изволите выходить, или, может, еще куда соизволите поехать?

— Эром, поездки на сегодня отменяются. Вымотали меня женихи. Хочется отдохнуть, посидеть в домашней обстановке. Можешь быть свободным.

Выйдя из кареты, бросила благодарный взгляд на мужчину и не спеша направилась к дому.

Первым делом заглянула на кухню и сразу уловила витающий в помещении запах гари.

Мари подняла на меня виноватый взгляд и поспешила оправдаться: — Леди Киара, простите, не уследила за мясом. Кухарка из меня никакая.

— Мари, прекрати оправдываться. Это мое упущение. Я нанимала тебя в услужение, а не на кухне крутиться. Завтра же схожу в контору по найму. А на сегодня пойдет и бекон с яйцами. У тебя хорошо получается его приготовить. А я пока пойду переоденусь.

Войдя в покои, первым делом спросила тетушку: — Симора, как тебе женихи?

— Камден красавчик, — мечтательно проговорил призрак.

— Лэйтон тот еще ловелас. И ты права. На такого посмотришь и млеешь. И чтобы досадить Аргаиру, остановимся на графе Антирском. Если, конечно, он не сбежит после сегодняшнего моего заявления о невозможности иметь детей.

Надев платье из легкого ситца голубого цвета в белый цветочек, поспешила на первый этаж. Ужин проглотила на ура, но мне показалось мало, и я с удовольствием выпила стакан молока.

Отблагодарив девушку, решила заглянуть в тайник и набрать мешочек камней. Отдам завтра матери. Кто знает, как срочно мне придется покинуть столицу, вдруг и попрощаться не получится. Зато буду знать, что у родителей всегда будут деньги на черный день.

Поднимаясь по лестнице, бросила взгляд на окно и остановилась в удивлении. Крона нашей старой яблони ходила ходуном, хотя на остальных деревьях не шелохнулись даже листочки. «Вот это новость! Точно пацанва в сад забралась полакомиться яблоками. Так ведь еще зеленые». От одного лишь представления, как я вонзаю зубы в кислую мякоть, мышцы рта рефлекторно сжались.

Настроение вмиг поднялось. Я быстренько вышла из дома и, осторожно ступая на цыпочках, подошла к дереву. Моя догадка подтвердилась. Мальчишка лет одиннадцати, преспокойно усевшись на ветку, прислонившись к шершавому стволу, с наслаждением грыз зеленые яблоки. Мгновенно вспомнив все свои вкусовые предпочтения, поняла, что никогда в жизни я ничего так не хотела, как вот этих кислючих яблок.

— Эй, пацан... слышь… кинь яблочка, — с жалостью попросила я, чтобы не испугать мальчишку.

Мальчонка замер на миг, осмотрелся по сторонам, а потом, смеясь, выдал: — Не… не брошу. Если так сильно хочется, лезь и рви.

Ответ был неожиданным, я мысленно посмеялась над хозяйкой сада. Схватившись за первую ветку, подтянулась, поставив ноги на крепкую ветвь, закрепила положение и через еще два подъема оказалась рядом с воришкой. Заняв соседнюю ветвь, сорвала яблоко и сразу вонзила зубы в твердую мякоть. Рот мгновенно наполнился кислым соком и слюнями, но мне было так хорошо, что от удовольствия хотелось прослезиться.