Книга В сердцах холодный лед, страница 93 – Ольга Токарева

Перечитав строки по несколько раз, канцлер понял, что буквы плывут, а в голове не укладывается ни одно имя и род. Руки чуть подрагивали от ревности и желания передушить каждого посягнувшего на его сокровище.

Откинув письмо в сторону, Аргаир встал. Подойдя к окну, стал наблюдать за восстановленным парком. Перед глазами так и стояла его гордая, непокорная, хрупкая малышка.

Ничего не волновало его в тот момент. А ведь он сначала и не понял. Кто из магов швырнул в него графиню Юравскую? Когда запутавшись в юбке, откинул со своего лица Камисаль и бросился к парадному входу — обмер.

Земля проваливалась вокруг Киары, а она словно плыла по воздуху. Ее маленькие стопы едва прикасались к крохотным островкам земли, каким-то невообразимым образом державшиеся в воздухе. Не дышал, пока она не дошла до главных ворот. Хотел броситься вдогонку, но из пропасти полезли ледяные глыбы, перегородив путь. Подумать только. Киара — стихийница. А хотя, чему удивляться. Именно соединение магических даров влияет на характер. А это даже будет интересно — усмирять бунтовщицу».

Ухмыльнувшись, Аргаир отправился спать. Слишком насыщенными были эти дни. Брат, как всегда, самоустранился, и все пришлось делать самому.

Ярима возвратилась в родовое имение под вечер. Первым делом Барванская зашла к кухарке. Обрадовалась, узнав у Марше, что Киара съела суп, и попросила добавки.

Войдя в дом, графиня направилась в покои дочери.

— Киара! Доченька! Как ты себя чувствуешь?

Сидя на диване, я пыталась читать книгу, но, зайдя на очередной повтор, откинула занятие. Вскочив, воскликнув радостно: — Мамочка!

Подбежав к матери, обняла ее, заранее прося прощение за предстоящую проделку. Зная, как трепетно Ярима относится к моему здоровью, представляла, сколько дней, наполненных тягостных дум, ей предстоит пережить, пока она доберется до Сурманианского государства. Но другого выхода у нас не было. А то, что предложила Кавис — лучший вариант.

— Мам. Я отлично себя чувствую. И хочу сегодня попасть в столицу.

— Сегодня?

— Да. Побегу, предупрежу Идонта, чтобы коней не распрягал и Марши скажу, что мы уезжаем.

Сборы были недолгими. Ярима немного побурчала, но была рада вновь видеть меня здоровой и счастливой.

Сев в карету, я поглядывала в окно и мысленно прощалась с местом, возвратившим меня к жизни.

— Девочка моя. Ты что-то скрываешь от меня?

Мам… — улыбнувшись, я пересела на сиденье к матери, обняв, положила голову на ее плечо. — Я решила, что хватит страдать по Аргаиру. У меня этих мужиков будет пруд пруди.

— Вот и молодец.

Похлопав меня по руке, Ярима тяжко вздохнула и до самого дома мы не перекинулись ни словом. Каждую из нас одолевали думы. Я обдумывала план побега. О чем думала мама — не знала. Но по ее частым вздохам догадывалась, что о моей дальнейшей жизни.

Едва приехав в особняк, уставшие от дороги, мы практически сразу завалились спать. А следующее утро преподнесло всем сюрприз.

— Леди Киара! Пора просыпаться! — пропела Уана, впорхнув мотыльком в мои покои. — К вам сегодня должна прийти белошвейка.

Открыв один глаз, я проследила, куда направилась служанка. Удостоверившись, что в ванную комнату, сладко зевнув, понежилась от мысли, что у меня еще есть время подремать, подтянула одеяло и практически успела уплыть в царство Морфея. Только пришлось на прощание махнуть рукой царю снов. Уана сдернула одеяло, да так и застыла, смотря на меня во все глаза.