Книга Объект 11, страница 94 – Евгения Аннушкина

Альфар ни жестом не выдал, что он понял, о чем — о ком — я спрашиваю, чем заслужил еще большее уважение, если это вообще возможно.

— Самых тяжелых поместили в медицинские капсулы. Таких немного, нергиты крепкие ребята. Можешь сама убедиться, что все в порядке.

Он кивнул в сторону соседней медкапсулы, и сердце забилось чаще. Все Альфар прекрасно понимал. В том числе и то, что мне искренне и от всей генномодифицированной души плевать на нергитов как расу.

— Отдыхай, — невесело улыбнулся Альфар и отключил медкапсулу. Иглы и датчики убрались в недра высокотехнологичного аппарата. Я наконец ощутила себя свободной, но именно сейчас на этот факт мне было глубоко плевать. Да я даже не заметила, как Альфар покинул медблок!

Меня интересовала только соседняя капсула, надежно закрытая, что говорило о том, что идет интенсивный процесс восстановления.

Он был там — бледный, с запавшими глазами и обескровленными губами. Сердце сжалось, но монитор медкапсулы свидетельствовал о нецелесообразности такой реакции. Состояние стабильное, средней тяжести, пациент погружен в медицинский сон для ускорения восстановления.

Тревожиться не о чем, но я, оставшись внезапно не у дел, не могла себя ничем отвлечь. Что с ним? Очнется ли? Я ведь не понимаю природу способностей нергитов, и чем может грозить их использование могу только догадываться.

Тревожные мысли догоняли друг друга, как испуганные няши, тишина медблока давила на уши, и сейчас я была бы рада даже Карригу и его беловолосой подружке.

Вселенная услышала меня и отреагировала оперативно.

— А что это ты тут сидишь? — спросила непривычно жизнерадостная Твина, заходя в палату. — Время обеда, время вспомнить вкус детства!

— Вкус синтетической питательной пасты без ароматизаторов и усилителей вкуса?

Твина важно кивнула и сунула мне в руки сверток с одеждой знакомого защитного цвета.

— Одевайся. Ждем тебя в столовой. Планировка все та же, не заблудишься.

Я взяла сверток и улыбнулась. Проделать такой длинный путь, чтобы оказаться в той же точке, откуда когда-то начинала. Не думала, что мое стремление обрести свободу приведет меня сюда, но рада таким неожиданным поворотам судьбы. У нас есть шанс начать все заново, переписать кровавую историю Ц189. Сделать ее обычной населенной планетой. И самим жить пусть не обычной жизнью, но той, которую мы выберем себе сами.

Дождалась, пока за Твиной закроется дверь, ласково погладила прохладный пластик крышки медкапсулы, в которой восстанавливался Нейдан, и разворачиваю комбинезон, один в один похожий на тот, в котором я провела детство и юность.

— Ну здравствуй, дом. Я вернулась.

Я просматривала сводки, когда перед моим носом появилась чашка с исходящим паром кофе, а на плечо легла теплая ладонь.

— Ваша бурда подана, миледи, — торжественно возвестил Нейдан и поставил чашку на стол, смахивая развернутые голоокна с информацией. — Передохни.

Я фыркнула, но возвращаться к работе не стала.

— Три ложки сахара не делают кофе бурдой, — проворчала для порядка, пока нергит усаживался рядом. — А вот лимон — очень даже!

Кофейные войны не затихали в нашем доме почти год. Буквально с того момента, как этот самый дом у нас появился.

Кофе с сахаром против кофе с лимоном. Объединялись мы только против Твины, которая пошла вразнос и пила исключительно чай с молоком.