Книга Землянка Для Варвара!, страница 30 – Мила Романова

Ребенок. От него. В этом диком, холодном, но таком родном мире.

— Дарк, — позвала я.

— М?

— Кажется, я действительно тебя люблю.

Он усмехнулся, поцеловал в макушку.

— А я тебя — уже давно. С той ночи, когда вдохнул твой запах в шатре и понял — пропал.

— Поэт, — фыркнула я сквозь слезы.

— Воин, — поправил он. — Твой воин.

Мы сидели так до глубокой ночи, глядя на огонь и думая о будущем. О том, каким оно будет. О том, кто родится — мальчик или девочка. О том, как назовем.

А потом пришел лекарь, подтвердил догадку, и Дарк впервые на моей памяти рассмеялся в голос. Счастливо, громко, заразительно.

— Сын, — сказал он, прижимая меня к себе. — Или дочь. Не важно. Главное, наш.

И я поняла: это и есть счастье. То самое, которое я не надеялась найти. Которое пришло оттуда, откуда не ждала — из ледяного плена, от сурового варвара с серыми глазами.

Судьба. Что тут еще скажешь.

Утро после известия о беременности началось с того, что в покои ворвалась Ирма.

— Госпожа! Господин! Там старейшины! Требуют немедленного совета!

Дарк, уже одетый и при мече, спокойно допивал травяной отвар.

— Знаю. Иду.

Он подошел ко мне, все еще лежащей в постели, наклонился, поцеловал в лоб.

— Отдыхай. Я скоро.

— Дарк, — я поймала его за руку. — Что происходит?

— Суд над людьми Вейна, — ответил он просто. — Те, кто выжил и не сбежал, предстанут перед старейшинами. Будут решать их судьбу.

— Я пойду с тобой.

Он замер.

— Алиса, ты беременна. Тебе нельзя волноваться.

— Я пойду с тобой, — повторила я твердо. — Это мой клан теперь. Мои люди. Я имею право знать, как решается их судьба.

Дарк смотрел на меня долго, потом кивнул.

— Хорошо. Но если станет плохо — сразу скажешь. Ирма, приготовь госпоже теплую одежду.

Ирма засуетилась, а я выбралась из постели, чувствуя, как внутри разливается странное тепло. Не только от новости о ребенке. От того, что он принял мое решение. Не приказал, не запретил, принял.

Мы вышли во двор, где уже собралась толпа. В центре площади, на каменном возвышении, стояли старейшины во главе с Арго. А перед ними на коленях, десятка два человек в рваной одежде, со следами побоев. Люди Вейна.

При нашем появлении толпа расступилась. Дарк вел меня за руку, и я чувствовала сотни взглядов, на себе, на своем животе (пока еще плоском), на нашей сцепленных руках.

— Вождь, — Арго склонил голову. — Старейшины готовы вершить суд.

— Начинайте, — Дарк остановился у подножия возвышения, не отпуская моей руки.

Суд длился несколько часов.

Каждого из пленников допрашивали, выясняя степень вины. Кто-то просто выполнял приказы, не зная о планах Вейна. Кто-то был его правой рукой, участвовал в похищениях, пытках, убийствах.

Я слушала и чувствовала, как внутри закипает гнев. Эти люди хотели убить меня. Эти люди помогали Вейну. А теперь стояли на коленях и молили о пощаде.

— Что думаешь? — тихо спросил Дарк, когда объявили перерыв.

— Думаю, что главные виновные должны понести наказание, — ответила я так же тихо. — А те, кто просто выполнял приказы… может, стоит дать шанс?

— Ты милосердна, — в его глазах мелькнуло что-то теплое.

— Я справедлива, — поправила я. — И я знаю, каково это, быть пешкой в чужой игре.

Дарк кивнул и поднялся на возвышение к старейшинам.

Они совещались недолго. Приговор объявили при всем народе: