Книга Осинка. Чужая сила, страница 54 – Саша Арсланова

Деревья вслед моим мыслям волновались, трещали. Думайте-думайте, дорогие, как вам теперь с такой наследницей уживаться. Еще уговаривать меня будете помочь. Сейчас, как снег растает, проснетесь от спячки мертвой, станете восстанавливаться, молодняк поднимать много силы нужно будет…

Я торопила себя гневными мыслями, подстегивала злыми словами. И ведь не виновата, да и не сделала ничего, а Прародители убить хотели, Лес отвернулся, сумеречные демоны, как прознают, что возвратилась, искать начнут. Бежала и жалела себя страшно.

И даже не сразу поняла, что меня затормозило. Я резко остановилась, будто споткнувшись, обернулась вокруг и втянула холодный воздух. В нос ударил знакомый запах тяжелого мужского пота. И я улыбнулась – где-то совсем близко был Рэнн.

Медведь рядом тяжело водил мордой из стороны в сторону, а потом в несколько прыжков достиг реки, где принялся жадно пить воду.

А я стояла и не знала, что делать дальше. Рэнн был где-то здесь. Вот пройду дальше, зайду за излучину реки и увижу его. А еще – я зажмурилась и прислушалась – семнадцать, нет, девятнадцать воинов. И кажется, сейчас они не брезговали медовой брагой, закусывая вепрем, томящимся на костре.

Тахо подошел уже человеком, его мощная грудь продолжала тяжело вздыматься после долгого бега. Я вот не запыхалась совсем. Не помню, дышала ли в пути… Что ж, у моей новой сути были интересные черты. Не сказала бы, что мне все это нравилось, но изменить что-либо было уже не в моей власти.

— Тебе такой нельзя к людям, – огорошил меня хранитель.

— Какой? – вздрогнула я, повернувшись.

— Зубастой и бледной.

Я замолчала, нахмурившись, переступила с ноги на ногу и спросила:

— А как тогда? А что мне?..

Тахо сел на свой расстеленный на земле плащ.

— Иди сюда, – он похлопал ладонью рядом. – Мне дед показывал, как вы маскироваться умеете. Ничего сложного, если силы есть.

Я от этой неожиданной новости даже спорить не стала, тут же рядом села:

— Да? Это ж сколько между людей демонов гуляет?

— Много, особенно на той стороне Ключиницы. Впрочем, и тут достаточно, – пожал плечами Тахо. – А тебе что с того? Сейчас ты их сможешь увидеть. Раньше не могла. И что, хуже тебе жилось?

Я снова замолчала, обдумывая сказанное. А потом спросила:

— Так как же мне это спрятать?

И улыбнулась, показывая клыки.

Тахо вздрогнул:

— Страх-то какой…

Мотнул головой и продолжил:

— Смотри, ты теперь сама управляешь своим телом, неживое оно у тебя, поддается легко, – он положил теплую ладонь мне на затылок. – Закрой глаза и представь свое лицо.

Он затих на мгновение и вздохнул:

— То лицо, что было когда-то. Улыбку свою прежнюю, глаза зеленые…

— А сейчас какие? – тут же спросила я, выворачиваясь из-под его руки.

— Сходи к реке, посмотри, коли интересно.

А меня не надо было уговаривать. В одно движение у Ключиницы оказалась, заскочила в воду по пояс и внимательно стала разглядывать себя в отражении. Вроде бы и прежняя, да не совсем. А вот глаза, действительно, были жуткие. Тахо меня еще, видимо, жалел, раз сразу не отправил глядеться. Черные провалы смотрели на меня оттуда. И не было в них больше места травяной зелени, болотной ряске. Только тьма и голод. Я стала удивительным образом похожа на своего убийцу – Дагора. Такая же красивая, но пугающая и холодная. И в коротких волосах не отражалось солнце: черные пряди перемежались с совершенно белесыми, как будто седыми, волосками. Без длинной косы, мною совсем недавно отрезанной, закрутились они крупными жгутами.