Книга Осинка. Чужая сила, страница 74 – Саша Арсланова

— Нет, если Ройс узнает, запечатает наново. Или чего похуже, – он посмотрел на лежащую Волнину. – Давай через нее.

— Так у нее ничего не осталось!

Как бы я ни относилась к бывшей подруге, все ж она была своя на этом корабле. Да и Веро я обещала беречь ее дочь.

— Ройс все равно придет к ней – если не просить о помощи, так требовать. А ты рядом будь.

— Куда ж я денусь отсюда? – ответила с досадой, отползая в сторону. Вот и поговорили.

Снег все усиливался, за сплошной белой стеной было не видно уже ни грозного дракона на носу, ни его грозного хозяина. Да и спина удаляющегося Рэнна быстро терялась из виду. Ветер и тот стих, что совсем не понравилось воинам, сидевшим вокруг. Они тихо заворчали, кто-то оборачиваться начал. А кто садился рядом на скамью, помогая. Только как можно грести, не видя куда?

Наверное, Ройс это раньше меня сообразил, потому что свист, повторившийся три раза, заставил гребцов втянуть весла, закрепить их на борту.

Я подползла поближе к девушке. Волнина изумленно смотрела на падающий снег, и только когда я оказалась совсем близко, прошептала:

— Осина, мы где?

— Вот уж чего не знаю, того не знаю…

— Мне не нравится этот снег, – она, поморщившись от боли, убрала волосы с разбитой стороны лица. – Он не отзывается мне, не говорит со мной…

— А может, это оттого, что ты силу растратила? – шепотом спросила я.

— Тогда сама попробуй, – огрызнулась Волнина. – В тебе моей силы сейчас предостаточно, я ее чувствую.

— А как? – не стала отказываться я.

— Как… – раздраженно дернула плечом она. – Просто послушай! Я что, тебе в наставники набивалась?

Я не стала с ней переругиваться. Ни к чему. Тьма во мне вдруг подняла голову, потеснила силы внутри, затаилась, как будто готовясь к прыжку. И тогда я позвала водную стихию, закрыла глаза и попыталась вспомнить, как с лесом разговаривала. Но если с лесом все получалось просто, то сейчас я чувствовала барьер между мною и остальным миром.

— Не получается, – вздохнула я. – Меня ваша сила не очень-то и жалует, можешь радоваться.

Волнина скривила губы и ответила:

— У меня тоже не получается, не в силе дело.

— Так, девоньки, – рядом тихо опустился парень, с которым мы болтали, – Трэл. – Не к добру все это, держитесь за нами, не высовывайтесь.

Впереди, уже через два ряда скамеек, было совершенно ничего не видно, снег сплошной стеной покрывал и палубу, и нас. Волнина тихо завозилась, стараясь подняться. Видно, болел у нее отбитый бок. А я вспомнила, как лежала после нападения Колина, и потянулась к подруге, сказав:

— Я могу помочь, если хочешь.

— Как? – ощерилась она. – Под руку держать да крехать на пару?

Ей было очень больно, и я попробовала снова:

— Лес помогает, дает живительные силы, я могу его попросить.

Нет, больше я ее уговаривать, конечно, не буду, нравится страдать – слова поперек не скажу.

Но Волнина удивила, протянула мне руку и сказала:

— Спасибо.

Мы взялись онемевшими от холода ладонями, и я так привычно, так знакомо потянулась к лесной стихии, а она радостно скользнула навстречу. Хорошо, в белой пелене нас было не видно, потому что я явственно разглядела зеленые искорки, побежавшие с моих рук. Ровный белый свет затопил нас обеих, стирая следы ран и синяков с красивого лица подруги, а я начала замечать, что мертвые доски палубы подо мной кое-где начали прорываться зелеными побегами. И мгновенно взмокла под одеждой: а если Ройс увидит? О Прародители! Если Ройс узнает, что я вылечила Волнину?.. Да она же первая расскажет!