Книга Ведьмина практика, страница 82 – Саша Арсланова

— Это точно, – я проследила взглядом, как Овинник, вымыв руки, начал их вылизывать по-кошачьи. – Но он не нарочно.

— Да я уж поняла, что это ваш с ним разговор не по плану пошел, – вздохнула торговка, отчего ее выдающаяся грудь чуть подвинула стол.

— Ладно, с ним разберусь, – подтянула я одеяло повыше, накрывая плечи. – Ты мне вот что скажи: был ли кто в твоей пекарне чужой, когда меня на разговор позвали?

Добронрава задумалась и помотала головой.

— Любава если только, – пожала она плечами. – Из деревни приехала, родители дом в Дубках купили, батя ее стеклодув хороший, вот и накопили. – Она задумалась: – Лет пятнадцать назад приехали.

Я пригорюнилась. Значит, платье проклятое мне кто-то из своих подсунул.

— А Зарянка?

— А что Зарянка? Она Милоликина племянница, ночует у нее частенько, а вообще она из Тихих Вешек, часа три на лошади, – улыбнулась Добронрава. – Я ее туточки к господину магу приставила.

— Зачем? – от удивления я подавилась пирогом.

— Так сама же просила следить, – постучала меня по спине торговка. – Она утром все дела свои переделает, а потом ходит за ним, слушает.

Овинник, закончив умывания, сел за стол и набросился на еду.

— В руку возьми, – посоветовала я ему, когда он лакать из кружки начал.

А потом помотала головой, возвращаясь к разговору.

— И что она рассказывает про мага?

Добронрава задумалась:

— Да почти ничего и не рассказывает, он дома в последнее время сидит. Точнее сидел, пока в столицу не собрался.

— Понятно. Ничего, значит, – расстроилась я.

Хотелось бы мне знать, что там Гостомысл с магом нарешали по поводу брошенных деревень…

— Ну ладно, – торговка поднялась, – пора мне. Пироги сами себя не продадут.

Я поднялась следом, открыла сундук в углу и достала несколько баночек с похудательным зельем.

Добронрава довольно крякнула, потрепала по голове Овинника, отчего тот чуть со скамейки не слетел, и поманила меня за собой на улицу.

— Я никому про него говорить не стала, – громко зашептала мне на ухо. – Но, смотри, девки быстро прознают, что в сарае нет больше хозяина, а там и маг придет проверить.

— Этот точно придет, везде нос свой длинный сунет, – расстроилась я. – Ладно, постараюсь эту проблему побыстрее решить.

— Ну давай, – махнула она мне на прощание. – Если что, Зарянку пришлю с новостями.

— Зарянку, да… – задумчиво ответила я, провожая взглядом дородную фигуру торговки.

— Что делать будем? – вышел следом за нами на улицу Овинник. – Пошли гулять по лесу? Никогда в лесу не был!

— Сначала мы будем выяснять, какие у тебя силы остались, если остались. И думать, как тебя обратно умертвить, – расстроила я бывшую нежить. – А потом, может, и погуляем.

— Ну как? – я выглянула из дома.

— Не торопи! – оборвал меня Овинник.

Он лежал на земле, уткнувшись в нее лбом, и медленно разводил руки.

Я вздохнула. Целое утро так лежит, а все не торопи да не торопи. А как не торопить-то, если у меня зелье остывает? Вдруг чего поменять в рецепте надо? Кто знает, как оно подогретое сработает? Хотя я на самом деле вообще не знала, как оно срабатывать собирается. Овинник вон тоже не знал, но ради восстановления своей силы готов был рискнуть и выпить все, что я предлагала.

Я вернулась к столу, где разложенные в строго хаотичном порядке лежали травы. Пока моя оживленная нежить там на земле валялась, я уже успела приготовить несколько пузырьков с противолиховским и превращательным зельем. Во втором, правда, не хватало одного важного компонента – ведьминого слова, которое и определяло направленность превращения. Но, пока водяной не объявился, я завершать зелье не торопилась.