Книга Куй Дракона, пока горячий, или Новый год в Академии Магии, страница 105 – Татьяна Михаль

Во-вторых, понимаю, что больше никогда в жизни не получу такого удовольствия, как это случилось с Россрэйдом.

Простой человеческий мужчина просто не сможет сделать близость настолько потрясающей и волшебной. И этот факт меня весьма расстраивает.

В-третьих, мне гадко видеть, как радуется Росс нашему разводу.

Нет-нет, я тоже рада, что нас очень скоро разведут, и мы снова будем свободны как ветер, но моё женское существо протестует против его счастливого настроения по этому событию.

Хоть бы посетовал пару раз, что ему понравилась ночь со мной, и он был бы не против повторить (я вот точно не против).

Или что у нас могло бы что-то получиться…

В общем, мне бы хотелось, чтобы он не радовался настолько открыто, как это делает сейчас! Этим он меня и бесит с утра пораньше.

Поэтому после завтрака, вкус которого я даже не помню, всё из-за того же хорошего настроения дракона, беру пример с него и заявляю:

— Ах, какое счастье, что нас скоро разведут!

Он смотрит на меня с прищуром, будто слабо верит в мою наигранную радость, хмыкает и говорит:

— Верно, Снежана, скоро артефакт сделает нас свободными. Ты закончишь дело и вернёшься домой.

— Да… Да… – бормочу с кислой миной.

Что-то мне невесело. А ведь я должна радоваться.

Дракон открывает портал и берёт меня за руку, он сосредоточен и внимателен. А я говорю с улыбкой:

— Знаешь, а это классно, когда тебя разводят без суда, без бумажек, только лёгкий всполох магии, и готово. Свобода. Холостячество. Новые знакомства.

— При этом ты никогда не была замужем.

Хочу пнуть дракона по его упругому заду. Вместо этого понимаю, что под ногами пустота, ощущаю чувство падения, перед глазами круги и звёзды.

Такое чувство, как на аттракционе, когда тебя резко, без предупреждения бросают сначала вверх, а после рывком и с ещё большей скоростью опускают на землю.

Дыхание сбивается, а сердце ухает сначала в желудок, а потом застревает в горле.

Я издаю какие-то странные звуки, похожие на короткие истеричные вскрики.

Нет, ну это подстава. О таком предупреждать нужно.

— Росс! Ты совсем очумел! — рявкаю, когда голова перестаёт кружиться, под ногами твёрдая опора, и я могу внятно говорить, а не верещать.

Но забываю обо всём, когда вижу место, в которое мы перенеслись.

Здесь лето. Светит ласковое солнце. Мягкий и ласковый ветерок целует в щёку. Пахнет разнотравьем и пряным мёдом. О, да! Я хочу здесь остаться.

А потом я вижу Артефакт.

* * *

— СНЕЖАНА —

Знаете, я думала, что Артефакт Истины – это булыжник или зеркало. Или ещё какая-то штуковина, из которой хлещет магия.

А по факту – Артефакт Истины – это… а что это?

Ни сияния, ни грома, ни слуг в мантиях.

Вообще никаких спецэффектов.

Это существо сидит себе в кресле-качалке под раскидистым дубом и пьёт ароматный сбитень.

Артефакт в форме шара из молочно-белого сияющего камня, из которого вырастает белая борода, за которой видны тонкие губы. Ещё есть глаза-линзы, тоненькие ручонки, тоненькие ножонки и... стоят у кресла старые серые домашние тапки.

Древний, мудрый, ослепительно сияющий Артефакт. Он медленно качается, издавая раздражённое мерцание.

— Кто вы и чего орёте? – Артефакт лениво рассматривает нас. Голос у него звонкий и разносится эхом.

— Прости, что снова тревожу твой покой, Всемогущий, – благоговейно произносит дракон.