Книга Я мечтала о пенсии, но Генерал жаждет спарринга, страница 109 – Е. Лань

Я прижал её к своей груди, пытаясь отдать ей остатки своего тепла.

Целовал её грязное, бледное лицо, смешивая свои слезы с её кровью.

— Ты не умрешь, — шептал я как заклинание. — Я не разрешаю. Ты еще не вышила мне тигра. Ты еще не выбрала занавески. Ты не можешь бросить меня сейчас, когда я знаю, кто ты.

Её ресницы дрогнули.

Она приоткрыла глаза — мутные, расфокусированные.

— Хасо... — едва слышно выдохнула она.

— Я здесь, родная. Я здесь.

— Знаешь... — она попыталась улыбнуться, но уголок губ лишь дернулся. — Этот меч... у него плохой баланс. Нужно... перековать рукоять...

И она отключилась.

Я поднял голову к серому небу и закричал.

Это был крик победы и крик мольбы.

Мы выжили.

Война окончена.

Моя жена — легенда.

Но если она не проснется... я сожгу этот мир дотла и отправлюсь за ней в преисподнюю, чтобы вытащить её оттуда за руку. Потому что даже демоны ада не имеют права удерживать мою ленивую, гениальную, любимую женщину.

POV: Чон Хасо

Тишина после битвы — это самый страшный звук на земле.

В ней нет пения птиц, нет свиста ветра. Есть только хруст остывающего снега под сапогами и тяжелое, неровное дыхание выживших. И еще — стук моего собственного сердца, который отдавался в висках глухим набатом.

Я сидел на земле, прислонившись спиной к обледенелому камню. Моя левая нога, перевязанная шелком моей жены, онемела и больше не причиняла боли — дурной знак, но мне было все равно.

На моих коленях лежала моя девочка.

Юн Сора. Или... кем она была на самом деле?

Её лицо было белым, почти прозрачным, сливаясь со снегом. Под глазами залегли черные тени. Из носа все еще сочилась тонкая струйка крови, которую я стирал снова и снова, но она появлялась опять, как напоминание о цене, которую она заплатила.

Сора не двигалась. Её дыхание было таким поверхностным, что мне приходилось прикладывать руку к её груди, чтобы убедиться, что жизнь не покинула это хрупкое тело.

— Генерал... — Лейтенант Ким подошел ко мне. Он хромал, держась за бок. В его глазах, обычно ясных и решительных, сейчас плескался суеверный ужас. — Мы... мы разбили лагерь в низине, за скалами. Там меньше ветра. Нужно перенести её.

Я кивнул, но не пошевелился. Я боялся, что если я сдвинусь с места, она рассыплется на тысячи ледяных осколков.

— Ким, — мой голос звучал чужим, хриплым. — Ты видел это?

Лейтенант сглотнул. Он посмотрел на тело Хана Туг-Лу, которое уже начало заносить снегом в десяти шагах от нас. Огромная гора мышц и ярости, поверженная одним ударом.

— Я видел, Генерал. Но я... я не понимаю. Как? Она ведь... она Леди. А это... это было...

— Это было искусство, — закончил я за него.

Я осторожно поднял Сору на руки. Она была пугающе легкой. Доспех, который на ней висел, казался тяжелее её самой.

— Идем, — сказал я. — Нам нужно тепло. Если она замерзнет, мы все умрем. Я лично убью каждого, кто допустит, чтобы костер погас.

*********************************************

В палатке, единственной уцелевшей, которую притащили мои разведчики, было сумрачно. Мы разожгли жаровню, используя обломки копий и седел вместо дров.

Я положил Сору на шкуры.

Теперь, когда адреналин схлынул, пришло время снять с неё этот проклятый доспех.

Я расстегивал ремни дрожащими пальцами. Кожа была жесткой, задубевшей от мороза.