Книга Я мечтала о пенсии, но Генерал жаждет спарринга, страница 46 – Е. Лань

Я отошла от стола, любуясь своей работой.

То, что я изобразила на карте, было классическим «Клещи и Молот». Пехота в центре лишь имитирует оборону, заманивая врага вглубь ущелья, лучники сверху отсекают пути к отступлению и создают хаос, а спрятанная кавалерия ударяет в бок, когда враг увязнет в узком проходе.

Это была кровавая, жестокая и единственно верная тактика в данных условиях.

— Ну вот, — сказала я, отряхивая руки от пыли. — Теперь картина выглядит гармонично. Фэн-шуй соблюден, а энергия Ци течет свободно.

Я повернулась к Хасо, ожидая, что он посмеется над моей «игрой» и вернет все как было.

Но он не смеялся.

Он стоял, упершись руками в край стола, и смотрел на карту. Его глаза бегали от «короны» лучников к «спрятанной лошадке».

Его лицо побледнело еще сильнее, но теперь это была не усталость, а озарение.

Он молчал минуту. Тишина была такой плотной, что я слышала, как жужжит муха, бьющаяся о стекло.

— Гармонично... — прошептал он. — Энергия течет...

Он провел пальцем по маршруту, который я проложила для конницы.

— Если мы поставим лучников на скалы... нам не нужно держать вход. Мы запустим их внутрь, дадим им войти в «Слезы Дракона».

Его голос набирал силу.

— В узком проходе их численное преимущество исчезнет. Конница не сможет развернуться и они будут давить друг друга, а сверху... сверху мы засыпем их стрелами и камнями.

Он поднял на меня глаза, в них горел тот самый огонь, который я видела в ночь нашей первой встречи. Огонь восхищения, смешанный с пугающей догадкой.

— Сора, — тихо сказал он. — Ты понимаешь, что ты сейчас сделала?

— Конечно, — я сделала невинное лицо. — Я украсила твой скучный стол, теперь он выглядит нарядно. Правда, эти красные штучки похожи на ягоды брусники?

Он шагнул ко мне, снова это давление. Мужчина пытался прочитать меня. Пытался понять: я гений или блаженная дура, в которую вселился дух бога войны?

— Ты поставила лучников на козлиные тропы. Откуда ты знаешь, что там можно пройти?

Черт, обычная леди не знает о проходимости горных троп.

— Там нарисована козочка, — я ткнула пальцем в микроскопический значок на карте. — Где проходит коза, там пройдет и человек, если он не слишком толстый. Я люблю козочек, они милые.

Хасо закрыл глаза и сделал глубокий вдох, потом выдохнул и рассмеялся.

Это был смех облегчения, смех человека, который стоял на краю пропасти и вдруг нашел мост.

— Козочки, — повторил он, качая головой. — И сюрприз из леса, и брусника на скалах. Боги, Сора... Ты либо ведьма, либо ангел-хранитель, посланный мне предками.

Он схватил меня за плечи и, к моему ужасу, крепко поцеловал в лоб, а потом в одну щеку, а затем и в другую.

— Ты спасла мою армию, — сказал он, глядя мне в глаза. — Твоя... эстетика спасла тысячи жизней.

— Я просто не люблю уродливые карты, — пробормотала я, чувствуя, как щеки заливает краска. — И отпусти меня, ты помнешь мне платье, и ты пахнешь чернилами.

Дверь открылась, и офицеры начали возвращаться.

Хасо мгновенно отстранился, его лицо снова стало жестким, командирским, но усталость исчезла, в глазах сияла уверенность.

— Господа! — рявкнул он так, что лейтенант снова вздрогнул. — Забудьте старый план, мы меняем стратегию.

Он указал на карту.

— Мы не будем стоять у входа, а откроем ворота в ад и пригласим их войти. Генерал Ли, ваши лучники займут высоты, полковник Пак, ваша кавалерия уходит в лес. Мы устроим им «Клещи».