Книга Лисья невеста, страница 68 – Нинель Мягкова

— Неожиданно. Но приятно. Спасибо, — улыбнулась оборотню.

Заботлив и внимателен, как всегда.

Подумал о том, что для первогодка посещение императорского турнира не только бесценный опыт, но и великая честь. Особенно учитывая происхождение Гуна.

Благодаря грядущей поездке моему брату откроется вдвое больше дверей в будущем.

Все-таки протекция и блат здесь процветают еще пышнее, чем в моем родном мире. Все высокопоставленные должности наследуются, чтобы занять освободившуюся, нужно совершить не иначе как подвиг, при том, чтобы весь род предыдущего чиновника казнили.

Редко такое происходит, сами понимаете.

Даже чтобы устроиться писцом или помощником, и то придется предъявить целую кучу рекомендаций и кроме красивого почерка и четкого, ясного голоса, иметь множество талантов — развлекать гостей, шарить в юриспруденции, знать специфику дела, которым занимается хозяин…

А уж для нашего захолустья «побывал в императорском дворце» звучит как «медаль с Олимпиады привез», не менее.

Господин Хайн слушать мои благодарности не стал, отвернулся, сделав вид, что увлеченно наблюдает за суетой во дворе. Но уши его предательски порозовели.

— Выдвигаемся! — скомандовал лис и перебрался в начало нестройной колонны.

Послышались окрики, понукавшие лошадок шевелиться, и топот многочисленных ног. Большинство слуг пойдут пешком до самой столицы.

Я величественно закуталась в меха и устроилась поудобнее на мешке с постельным бельем.

Тетушка Гао не доверяла трактирам и подготовила нас основательно. Да и ночевать под открытым небом надо с комфортом, а не как попало, на траве.

Ехали мы медленно и торжественно, так что, если приспичивало сбегать в кустики, это вполне можно было сделать, не тормозя всю процессию, а после бодро нагнать телегу, заодно размявшись. Ближе к полудню я меха сняла — стало откровенно жарко. На продуваемой всеми ветрами вершине всегда, даже летом, было довольно прохладно, зато в долине солнце палило вовсю. Я пожалела, что одета по всем правилам хорошего тона, в три слоя.

И немного порадовалась, что не благородная девица. Тем все пять положены. Неудивительно, что они то и дело по духоте в обмороки падают.

Глазеть по сторонам мне вскоре надоело. Пейзаж, конечно, красив, но менялся так медленно, что успевал порядком надоесть. Так что я выудила из своего личного, невеликого мешка книгу об этикете для служанок и погрузилась в чтение.

Не знаю уж, где тетушка Гао откопала сей раритет. Судя по местами выцветшим чернилам и пожелтевшим страницам, фолиант видел еще ее прабабушку. Но правила, записанные в нем, по-прежнему актуальны.

Традиции так быстро не менялись.

Мне же придется прислуживать господину Хайну во дворце. Взаимодействовать с местными служанками. Не хотелось бы грубо опростоволоситься.

Прослыть деревенщиной — полбеды. Это не смертельно.

А вот оскорбить кого-то из знати до такой степени, чтобы меня казнили — ну его, подобное удовольствие.

Так что каждую страницу я изучала вдоль и поперек. Учитывая, что читала я до сих пор с трудом, за день осваивала одну-две, не больше. Хорошо, что их не слишком много. Это не издание моего мира, вся книга — с десяток больших листов, прошитых пополам и переплетенных для удобства и красоты.

Ехать нам долго, как раз все зазубрю.