Книга Лисья невеста, страница 7 – Нинель Мягкова

Сама не знаю, что на меня нашло. Обычно я сдержанная и скромная, особенно в первый день на рабочем месте вообще надо быть ниже травы. Но вот понесло по кочкам!

— Вон как поразлил, чужого не жалко? — ворчливо заявила я, ставя горшок у колодца.

Пил незваный гость действительно неаккуратно, часть жидкости попала на поношенную одежду, но куда больше впиталось в землю у колодца.

О ценности пресной воды я знала из мелькающих невпопад воспоминаний Ронни. Источники так высоко в горах — редкость. И напор обычно так себе. Это магам хорошо — они вызвали тучку, где им надо, или вовсе призвали из воздуха полную пиалу. Сконденсировали, как назвала бы это я по-научному. А обычным людям приходится экономить. Не знаю, как у них тут в школе устроено, осмотреться не успела, а моему нынешнему телу частенько приходилось на себе таскать полные ведра от колодца к дому в поселке, чтобы просто обед приготовить. А в засушливые годы — так и напиться всей семье, понемножку, по чашке — на весь день. И сидеть жевать потом волокнистые стебли бамбука, чтобы перебить жажду.

И пролитая беспечно на землю драгоценная влага заставила не меня — Ронни — вскинуться в возмущении.

— Ежели вас жажда замучила, так в кухню пожалуйте. Не обидим поди! — продолжала я тем временем почти помимо воли. Откуда только деревенский говор взялся! — И уважьте уж, после этого вернитесь на площадь, здесь подсобные помещения. Слуги могут растеряться и испугаться посторонних.

Ну, это я загнула. Если б кто и испугался при встрече с госпожой Гао, так точно не она сама.

Незваный гость тоже скептически приподнял выразительную темную бровь.

Наверное, все-таки не совсем посторонний и с грозной поварихой знаком.

Но от колодца отошел. Недалеко. Пронаблюдал, как я выливаю недопитые остатки из ведра в горшок, шебуршу руками в рисе, а после накрываю тряпочкой, чтобы слить белесый налет.

— Занятно ты его моешь. Новенькая? — поинтересовался мужчина.

— Да, — лаконично отозвалась я, намекая, что разговор пора сворачивать и каждому из нас заняться делами.

Своими. Желательно подальше друг от друга.

Но незнакомец намеку не внял. Стоял и смотрел, как я промываю раз за разом мелкие зерна, пыхтя закидываю ведро в колодец, выкручиваю ворот, чтобы вытащить тяжеленную бадью — между прочим, глубоко вода, пока вытащишь, семь потов сойдет!

Наконец чистоту риса я признала удовлетворительной и, подхватив потяжелевший горшок, потащила в сторону кухни.

Остановилась. Обернулась.

— Ну так зайдете? — нетерпеливо переспросила чужака, мельком глянув на оставшееся на краю колодца почти полное ведро. Опять ведь разольет, а мне набирать! Там еще полмешка не помыто.

— Думаешь, меня там ждут? — голос мужчины был полон здорового скептицизма.

Я и сама сомневалась в гостеприимстве госпожи Гао, но не погонит же она гостя тряпками? Все-таки родственник ученика.

Что-что, а церемонии здесь уважали. И неотъемлемой частью их была взаимная вежливость. Пусть даже стоит тебе отвернуться — скорпиона за шиворот сунут, но в лицо будут мило улыбаться и сыпать комплиментами.

— Не ждут, но и не обидят, — пожала я плечами. — Вы ведь не просто так пришли, ребенка с даром привели. Путь немалый проделали, опять же. Недостойно вас выгонять без угощения.

Мужчина задумчиво потер подбородок. Солнце блеснуло в темных прядях, окрашивая их медью.