Книга Отвратительная жена. Попаданка сможет..., страница 48 – Анна Кривенко

Я хмыкнула. Мечты, мечты! Зато теперь понятно, кто с особенным рвением слуг против меня настраивает.

Резво вынырнула из тени и вошла на кухню, до смерти перепугав всех присутствующих. Наиболее впечатлительные даже вскрикнули от страха. Авдотья же лишь повыше вскинула подбородок, переплела руки на груди и посмотрела на меня с вызовом (поняла, что от своих слов не отвертится).

— Значит, выгнать меня хочешь? — уточнила насмешливо, глядя наглой девице в глаза. — Но руки-то коротки, не так ли? Ты всего лишь служанка, крестьянка с раздувшимся самомнением, а я здесь госпожа, — я старалась менять тон голоса от мягкого до жесткого, чтобы произвести эффект нагнетания обстановки. — Или ты метишь на мое место? Может вздумала избавиться от меня и стать госпожой???

Служанки ахнули. Кажется, до сего момента им и в голову не приходило, что Авдотья может иметь такие мотивы. А сейчас у них появилась отличная почва для размышлений.

Рыжая раскраснелась от ярости, глаза ее неистово засверкали, а ноздри начали раздуваться, напомнив одного такого же «быка». Но сказать она ничего не могла, потому что все её аргументы перед моим статусом были ничтожными. Это среди служанок можно бросаться громкими фразами, а сейчас, будучи уличённой в зашкаливающих амбициях, рыжей сказать было нечего.

Но я на этом не остановилась. Обвела взглядом всех присутствующих, смотрящих на меня с жутким испугом (а все-таки настращала я их за последнее время изрядно) и произнесла:

— А вы, сплетницы, прекращайте перемывать хозяевам кости! Сделали из господ развлечение, нос свой в их жизнь суёте, а так поступают только неверные слуги, коим не найдется места на хозяйском дворе!

Это была угроза. Немного завуалированная, но все — таки угроза. Да, на самом деле я вряд ли смогла бы ее осуществить, но в последнее время перемены во мне явно сбили их с толку, и слуги уже не знали, чего от меня ожидать. А вдруг я действительно смогу их уволить? Такая мысль ярко отразилась на побледневших лицах, и служанки начали повально кланяться и просить прощения, клятвенно обещая больше языки свои не распускать. Одновременно с этим они бросали осуждающие взгляды на рыжую, явно обвиняя ее в том, что попали в немилость.

Лишь Авдотья стояла истуканом, ощущая себя пристыженной и от этого просто дрожа от гнева. Безмолвного бессильного гнева, который она наверняка попробует выплеснуть на меня исподтишка.

Я молча направилась к печи, чтобы традиционно приготовить себе на завтрак кашу, и решила с этого дня забирать всю посуду, в которой готовлю, исключительно с собой.

Служанки быстро рассосались, причем, Авдотья исчезла быстрее всех, а я подозвала Настю, которая всё это время напряженно мялась в углу, и приказала с этого дня помогать мне по утрам с посудой. Она должна была приходить ко мне в комнату каждое утро и относить посуду вниз.

Настя охотно закивала, и я в очередной раз порадовалась тому, что и среди местных встречаются чистые, незамутненные злом души, рядом с которыми хочется улыбаться.

Отчего-то в тот же миг вспомнилось открытое и мужественное лицо Николая Воронцова, и мне стало стыдно, что из-за меня он пострадал.

Если увижу его еще когда-нибудь, обязательно поблагодарю за поддержку. Ведь когда тебя окружает лишь коварный сброд, хорошие, честные люди начинают цениться на вес золота.