Онлайн книга «Грёзы третьей планеты»
|
Конечно, непонятно, что с ними делать. Высоко не подпрыгивают, а когда пружинят – опускаются медленно, как перышко. Но Никите они почему-то нравились, и этого было достаточно. В старых книжках Никита читал о людях, которые коллекционируют марки или монеты. У его одноклассника Феди была коллекция роботов. Пусть у Никиты тоже будет коллекция. В комнату заглянула мама. Одна, без Вовки. Значит, он спит. Бестолковое существо – полдня спит, а потом еще и ночью. — Что делаешь? — Уроки, – Никита схватился за первую попавшуюся тетрадку. — Молодец. Если все сделаешь, разрешу вечером фильм посмотреть. Никита нехотя убрал шарики. Потом еще полюбуется. А то вдруг, если слишком долго на них смотреть, они перестанут радовать? Делать уроки не хотелось. В комнату вползал вечер, и Никита, глядя на свет настольной лампы, думал о том, что раньше они с мамой вот такими вечерами строили космические корабли из подушек. А потом появился Вовка, и Никите вдруг сказали, что он взрослый, старший брат и должен подавать пример. Никита подавал – прилежно чертил крючочки в прописи. Хотя иногда на него накатывала ужасная грусть. Если бы он был на самом деле взрослым, то знал бы, что это называется «одиночество». Одиночество временно закончилось с хлопком входной двери. Теперь оставалось совсем чуть-чуть. Папа рассказывал, что есть места во Вселенной, где время течет не так, как на Земле. Вот Никита определенно попал именно в такую область, потому что минуты тянулись невыносимо долго. Он играл, истребляя воображаемых монстров из пушки – шариковой ручки, и одним ухом слушал, что происходит на кухне. Вот папа стучит вилкой по тарелке, вот она звякнула, опускаясь в раковину, вот зашумела вода: моют посуду. И наконец – миг торжества. Папа заглянул в комнату: «Ну что, пошли?» Ради этого стоило жить. Мама пошла укладывать Вовку спать, а папа с Никитой завалились на диван перед телевизором. Фильмы про космос Никита любил. Его манили изображения всепоглощающих черных дыр и переливающиеся разными цветами планеты, которые немного напоминали искорки в прозрачных шариках. Наконец, ему нравилось, что хорошие разумные инопланетяне так похожи на людей, и он думал, как было бы здорово установить с ними контакт… Папа кино смотрел по-другому. Он преподавал физику в институте и не слишком любил фантастику, говорил, что в ней много смешного. Издавал непонятные звуки: то икнет, то хрюкнет. А когда герой в кино принялся объяснять, как работают кротовые норы, и взял в руки лист бумаги и карандаш, папа и вовсе приложил ладонь ко лбу и полминуты сидел не отнимая. После фильма Никита стремился растянуть вечер как можно дольше. К счастью, папа, в отличие от мамы, никуда не гнал, терпеливо ждал, думая о чем-то своем, пока сын собирал портфель. Никита улегся, но ему очень хотелось еще немного отодвинуть наступление завтрашнего дня, ведь тогда придется идти в школу. — Пап, ты мне говорил, что никто никогда не видел кротовые норы. — Говорил. — И это все фантастика? Папа фыркнул: — Ну вот то, что мы смотрели сегодня – это такая же фантастика, как единороги. — Тогда откуда мы знаем, что они вообще существуют? Тут он замялся. — Мы не уверены. — То есть как? — Мы предполагаем, что они существуют. — А почему кротовые норы – это предположение, а единороги – это фантастика? |