Книга Дикий и злой Дед Мороз!, страница 87 – Татьяна Михаль

Он поймал мой палец, прижал к своим губам и поцеловал. В его взгляде не было ни сомнения, ни страха.

— Договорились, – сказал он просто, но твёрдо.

Я замерла.

— Правда?

— Правда. Только одно условие.

— Какое? – я насторожилась.

— Мой рабочий кабинет – мой. Там трогать ничего нельзя. Карты, инструменты, образцы, всё должно остаться на своих местах. Это моя зона.

Я вздохнула с преувеличенным разочарованием.

— Ладно, это я могу уважать. Святая святых учёного. Хорошо, по рукам. А всё остальное – это моё поле для творчества?

— Твоё, – кивнул он, и в его глазах промелькнула искорка азарта. – Делай, что хочешь. Только предупреждаю, у меня нет сейфа, но есть банковский счёт и он… не резиновый.

— Дорогой мой, Захар, – я встала на цыпочки и поцеловала его в губы, – самый лучший дизайн рождается не из денег, а из идеи. А у меня на тебя миллион идей. И все они о том, как сделать это место уютным домом. Куда ты будешь возвращаться. И где… я буду ждать тебя.

Я точно знала, что из этой берлоги я сделаю не просто красивое пространство. Я сделаю ему настоящий дом.

* * *

— ЗАХАР —

Показать ей свою квартиру было странным опытом.

С одной стороны инстинктивное желание втянуть голову в плечи.

С другой, глубокая, тихая удовлетворённость самим фактом: я ввожу её в своё пространство.

Это значило больше, чем любые слова. Это было ещё одно сближение на уровне моей территории.

Но, наблюдая за её реакцией, я вдруг увидел своё жилище другими глазами.

Её глазами.

И это было… удручающе.

Стены со старыми обоями, безликая мебель, атмосфера временного пристанища, а не дома.

Рядом с её яркостью и живостью моя квартира казалась заброшенной каморкой сторожа.

Идея, что она хочет всё тут изменить, не просто удивила, а неожиданно согрела.

Значит, она хочет вложить сюда частичку себя. Значит, её планы включают моё место. Включают меня.

Да, я это уже понял.

Я был весь её.

После «диагностики» моего жилья я переоделся в свои вещи.

Надел свои привычные тёмные штаны, простую футболку.

Её восхищённый вздох, когда я вышел из спальни, заставил уголок моего рта дёрнуться.

Для неё я, кажется, был привлекателен в чём угодно, хоть в рваной майке, хоть в отцовском свитере, хоть в собственной, самой обычной одежде. Это было ново, и однозначно приятно.

Я взял ключи от своей машины.

Вывел своего «зверя» с парковочного места и поставил на него её красный внедорожник.

Когда она увидела мой джип, старую, но ухоженную и серьёзно подготовленную для бездорожья машину с дополнительными фарами и грунтовыми шинами, её глаза стали круглыми.

— Захар! Да это не машина! Это, блин, танк! – выдохнула она.

— Всего лишь обычный джип, – рассмеялся я, открывая ей пассажирскую дверь.

— У меня сейчас случился диссонанс. У тебя такая крутая тачка и такая… стрёмная квартира. Не вяжется.

— Стрёмная? – переспросил я, когда она устроилась на сиденье. – Ты не говорила, что всё настолько плохо.

— О, поверь мне, всё намного хуже. А может, у тебя не одна, а две квартиры? Или больше? И ты мне показал для проверки самую жуткую, не сбегу ли я от тебя после этого?

Я расхохотался.

Так громко и неожиданно для самого себя, что даже слёзы выступили в уголках глаз.

Эта женщина умела вытащить меня из самой глубокой серьёзности своим абсурдом.