Книга Отцы подруг для булочки, страница 16 – Бетти Алая

Я эгоистка? Плохая подруга? Боже, я отвратительна. Ворочаюсь, не в силах даже глаза закрыть. Иван Русланович, Всеволод Борисович.

От одной мысли о них внизу живота становится жарко и влажно. Нельзя. Но тут дверь комнаты открывается. Тут же закрываю глаза и делаю вид, что сплю. Тихие шаги, кровать проминается рядом.

— Я знаю, что ты не спишь, девочка моя, — низкое урчание пускает по телу мурашки.

— Что вы тут делаете? — выглядываю из-под одеяла. — Всеволод Борисович.

— Пришёл поговорить, — он забирается рукой под одеяло и начинает поглаживать мою голую ногу.

— О чём?

— Ты меня боишься? — улыбается, его профиль в полумраке спальни кажется безумно сексуальным.

— Нет, просто в соседней комнате ваша дочь и…

— Спальня Иры на первом этаже. Давай на ты, Уль. Раз уж я уже побывал между твоих ножек, — он садится ближе, рука двигается выше. Я не отстраняюсь. Стыд борется с желанием. — Тебе неуютно? — спрашивает.

— Немного, — признаюсь, понимаю, что мне стыдно за своё желание. Именно так, я хочу. Мне приятные прикосновения этого мужчины, но…

— Понял тебя, — убирает ладонь, я еле сдерживаю стон разочарования. — Итак, Уля, скажу сразу, что не намерен заводить никаких тайных отношений. Ты мне понравилась. Да, наше знакомство выдалось необычным, но я даже рад.

— Почему? — боже, как же мне хочется вернуть его руку обратно. Несмотря на умопомрачительные оргазмы, я ощущаю пустоту. Ведь они не побывали в том самом местечке. Хочу почувствовать обоих на всю глубину. Понять, что такое, когда мужчина овладевает женщиной. Сжимаю бёдра.

— Потому что в любой другой ситуации мы бы не встретились. Уля, я не хочу скрываться. И хочу сводить тебя на свидание. Стать твоим первым. Забрать тебя, понимаешь?

— А как же Ира? — облизываю губы.

— Она всё поймёт, Уль. У меня умная, рассудительная дочь. Ты же сама знаешь.

— Вы… ты её отец, это совсем другое. Я видела, как в машине ты отреагировал на её возможную связь с другом Ивана. Тебе это не понравилось? Ире тоже могут не понравиться наши отношения. Я уж молчу про Катю. Она вообще считает это аморальным.

Зачем я признаюсь ему? Но больше не могу держать в себе. Эти сомнения токсичны, они сжирают изнутри.

— Мы взрослые люди, девочка, — он касается моих губ большим пальцем. — А взрослые люди влюбляются и встречаются. Если нас не поймут, это лишь их проблема, не наша. Ты скажи мне, хочешь на свидание с нами?

— Хочу, — тихо отвечаю.

— Отлично, — он встаёт, затем нежно прижимается к моим губам. — Завтра в семь заеду за тобой в общежитие. Будь готова.

Наутро Всеволода нет в особняке. Ира снова молчит, как в воду опущенная. Она вызывает мне такси и долго извиняется, обещая, что мы обязательно поговорим. Катя по-прежнему молчит. Что там у них случилось, блин?

На подъезде к общежитию у меня вдруг начинают дрожать коленки. Что, если бывший там? Не хочу его видеть. Точно не сейчас. Но выбора нет. Это моё жильё на ближайшие два года.

Захожу в свою спальню. Соседки нет. Слава богу. Нужно будет попросить комендантшу переселить меня. На этаже есть две свободные комнаты. Не хочу с этой потаскухой под одной крышей находиться.

На тумбочке лежит записка: “Уля, прости меня, пожалуйста. Я к родителям на выходные, а в понедельник мы поговорим. Я не хочу терять тебя, подруга”.