Книга После измены. Новая я!, страница 41 – Ива Ника

Давлюсь воздухом — Даша делает вид, что мы незнакомы. Мне хочется выскочить из машины и убежать, но Вадим Данилович преграждает путь, стоя прямо передо мной, поэтому остаюсь на месте… сейчас он сядет в машину, и я откажусь от поездки… если Даша поедет с нами. При этом слух значительно напрягается, становится острее. Замираю в ожидании ответа Вадима Даниловича.

— Не думаю, что она из обидчивых, — немного отстраненно отвечает ректор и наконец захлопывает мою дверь.

Через секунду Даша забирается на заднее сиденье с моей стороны. Выпрямляю спину. Вцепляюсь холодными пальцами в обивку, чтобы не сорваться на улицу раньше времени. Я не доставлю Даше удовольствия своим позорным бегством, не позволю подумать, что я ее боюсь. Сделаю все красиво.

— Ну, привет, — она пододвигается ко мне как можно ближе. — Нас ждет веселый вечер, — в ее словах слышится насмешка, смешанная с угрозой.

Резко оборачиваюсь, чтобы ответить, но не успеваю. Вадим Данилович занимает водительское место.

— Я наверное пой… — робко начинаю, стоит ему удобно устроиться.

— Пристегнитесь, — приказывает Вадим Данилович, повернувшись ко мне. Он даже не слушает моего лепета.

— Но вы же с сестрой… — пожимаю плечами.

— И что? — ректор приподнимает бровь, выжидательно смотрит на меня.

Только сейчас до меня доходит, что он не возразил Даше на тему наших с ним отношений, отчего щеки буквально начинают пылать.

— Вам жарко? — Вадим Данилович внимательно смотрит мне в глаза. Кажется, он даже не моргает.

Обычно в фильмах в такую минуту между героями проскальзывает неуловимая искра, мне же хочется исчезнуть, раствориться в воздухе, потому что все это происходит в присутствии Даши. И все равно я не могу отвести взгляда от красивого лица Вадима Даниловича. Он, словно магнит, удерживает мое внимание.

— Все хорошо, — мой голос звучит слишком тихо, с каким-то странным, не свойственным мне придыханием.

Внутри возникает даже не желание, а инстинкт облизать нижнюю губу, уже почти делаю это, как…

— Кхм… кхм… — настойчивое покашливание заставляет резко отпрянуть назад. — Может, поедем?

От смущения я буквально подскакиваю в кресле, судорожно начинаю рыскать в поисках ремня, не нахожу его, оборачиваюсь. Наконец натыкаюсь ладонью на злосчастный ремень, но он никак не хочет пристегиваться. Когда все-таки раздается щелчок, ректор все еще смотрит на меня, и от этого становится только хуже.

— Закончили? — он приподнимает бровь, положив одну руку на руль.

— Да, — киваю и шумно выдыхаю, понимая, что сама себя пристегнула, сорвав свой побег.

Что со мной не так?! Чье именно присутствие делает из меня такую дурочку? Замки оглушающе защелкиваются. Теперь мне точно не сбежать. Сглатываю, отворачиваюсь к окну. Напряжение, повисшее в машине, давит не плечи. Сжимаю руки в кулаки на бедрах. Стараюсь больше не двигаться, чтобы не попасть в новую неловкую ситуацию. Наконец двигатель тихо просыпается, и машина трогается с места.

Волнение стягивает желудок в тугой узел. Я все еще подумываю попросить высадить меня у ближайшего метро, потому что не просто так Даша решила поехать с нами. У нее точно есть план, и мне не хочется узнавать, какой именно. Ерзаю на сиденье.

— Где мы будем ужинать? — Даша непринужденно высовывается между передними сиденьями.