Книга Мажор. Это фиаско, братан!, страница 12 – Айская

Я разжала руки, и Денис мешком повалился на пол, судорожно хватая ртом воздух.

Чувствуя, как костяшки пальцев вибрируют от переизбытка адреналина, я выпрямилась. Денис остался на полу, судорожно глотая воздух, его холеная кожа приобрела землистый оттенок, а в глазах застыл животный, неосознанный ужас. Вокруг стояла такая тишина, что было слышно, как в конце коридора мерно тикают настенные часы.

Толпа, только что жаждавшая «грязного белья», теперь инстинктивно вжалась в стены. Для них я перестала быть просто «новенькой из трущоб». Теперь я была аномалией, стихийным бедствием, которое невозможно просчитать.

— Что здесь за консилиум? — голос разрезал тишину, как скальпель.

Матвей шел по коридору, не глядя на расступающихся студентов. Его походка была обманчиво ленивой, но в каждом движении чувствовалась та самая «породистая» мощь, о которой бредил Денис. Он остановился в центре круга, засунув руки в карманы брюк, и его взгляд мгновенно просканировал сцену: всхлипывающая Элина, багровый Денис на коленях и я — сжатая, как стальная пружина перед выстрелом.

— Матвей! — взвизгнула Элина, бросаясь к нему и хватая за рукав. — Она... она напала на Дениса! Она сумасшедшая! Она чуть не придушила его! Ты видел? Ты слышал, что она несла?! Её нужно немедленно сдать охране! А ещё она меня ударила, — Элина театрально пустила слезу, прижимая руку к щеке. — обещала мне лицо изуродовать.

Он медленно перевел взгляд на Дениса, который уже поднялся, пошатываясь и судорожно поправляя галстук. Его лицо перекосило от унижения.

— Дэн? — Матвей приподнял бровь, смеясь. — Ты позволил девчонке поставить себя на колени в главном холле?

— Она... она ударила первой! — прохрипел Денис, избегая взгляда друга. — Она угрожала мне! Я просто хотел поговорить, а она… Тварь... Матвей, ты же не оставишь это так? Приструни свою «сестру».

Матвей наконец посмотрел на меня.

— Поговорить? — мой «сводный» брат сделал шаг ко мне, сокращая дистанцию до опасного минимума. — Или просто вернула тебе должок за твоё длинное жало, Дэн?

— В моем мире, — мой голос был ровным, несмотря на то, что сердце колотилось в ребра, — это единственный способ выжить, когда на тебя нападает стая гиен.

Матвей вдруг усмехнулся. Это была не добрая улыбка. Это был оскал человека, который нашел новую, невероятно сложную игрушку.

— Все свободны, — бросил он через плечо, не отрывая от меня взгляда. — Шоу окончено. Эля, забери этого «инвалида» и своди в медпункт. Пусть ему проверят не шею, а наличие хребта.

— Но Матвей! — Элина задохнулась от возмущения.

— Ушли. Живо. — В его голосе лязгнул металл, и толпа мгновенно пришла в движение. Студенты начали стремительно расходиться.

Мы остались одни в пустом, звенящем коридоре. Матвей наклонился к моему уху, так близко, что я почувствовала его дыхание.

— Ты только что объявила войну самому влиятельному клану в этом крыле, — прошептал он. — Отец Дениса — не прощает синяков на горле своего сына. Завтра или даже сегодня тебя сотрут из списков студентов раньше, чем ты успеешь произнести «доброе утро».

— Читай по губам, Котовский, — я стала медленно произносить. — МНЕ ПЛЕВАТЬ! — я выдержала его взгляд. — Если кто-то еще раз откроет рот в сторону моей матери, я сделаю то же самое. В вашем мире слишком много гнили, которую даже хлоркой не вытравить. Если ты не приструнишь своих псов в том числе и свою Элю, я начну всех отстреливать. По одному.