Книга Прятки в темноте, страница 38 – Элен Боннет

— Сейчас будем смотреть, – шепчет, лаская губами мою шею. Спускается к ключице, прикусывая её и посылая табун мурашек по телу. Оставляет влажную дорожку поцелуев, возвращаясь к чувствительному местечку за ушком. Прикусывает мочку, свободной рукой раздвигает мне ноги и устраивается между моих бёдер. – Не очень хорошая идея была пригласить меня к себе в гости.

— А по-моему, замечательная. – Ударил бы меня кто-нибудь по рукам и остановил, но, к сожалению, некому. – Или тебе не нравится?

Отстраняюсь, пытаясь спуститься на пол, но не получается. Богдан одной рукой удерживает меня за бедро, а второй обхватывает мою ладонь, ведёт ею между нашими телами, накрывая свою внушительную эрекцию, выпирающую сквозь ткань джинсов. Не могу сдержать стон, который тут же заглушаю, утыкаясь в изгиб его шеи. Желание отдать себя без остатка окончательно заглушает внутренний голос. Остаются только инстинкты, которым хочется следовать. И которые, я уверена, приведут нас обоих за грань реальности. А мне так хочется хотя бы ненадолго потеряться с ним и замкнуться в нашей личной вселенной. Так сильно, что даже поджимаются пальцы на ногах, а волоски по всему телу встают дыбом.

— До сих пор считаешь, что мне не нравится? Останови меня, если считаешь, что мы торопимся. Сделай это сейчас, потому что ещё чуть-чуть – и ничто не сможет меня прервать, Снежка.

В его глазах отчётливо читаются голод и желание. Чёрные зрачки практически полностью поглотили зелень радужек, делая взгляд завораживающе-пугающим.

Но мы и правда слишком торопимся, словно мчимся по ускоренной программе. Боюсь, с таким темпом можем упустить всё самое интересное. Или, получив меня полностью, Богдан потеряет интерес. Наиграется и пропадёт.

Не успеваю ответить – звук входящего звонка застаёт нас врасплох. Телефон Богдана лежит на столе, всего в метре от меня, и я отчётливо вижу, что звонит та самая, чтоб её, Марина. Делаю вид, что не замечаю, хотя внутри всё сжимается от злости. Возбуждение сменяется ревностью, которая ещё чуть-чуть – и вырвется наружу. Зачем Марине вообще потребовалось звонить ему? И что самое главное, Богдан не игнорирует, а оставляет меня, чтобы ответить. Он отстраняется, забирая с собой всё тепло, лишая меня опоры, отчего по позвоночнику пробегает мерзкий холодок, заставляющий ёжиться.

— Сейчас отвечу и вернусь.

Он оставляет меня одну, а сам выходит в коридор.

Меня переполняет злость. Кислотой прожигает нутро. Приходится прикладывать титанические усилия, чтобы во время их разговора не включить ревнивую сумасшедшую. Ведь сама говорила, что ещё рано вешать на нас ярлык парочки. Но в то же время появляется желание забрать у Богдана телефон и сказать его «подруге», чтобы больше не звонила.

Ужас! До чего я докатилась!

Мерзкий укол по самолюбию заставляет поморщиться. Марина словно знала, в какой момент нужно нас прервать. Но самое главное, что Богдану оказалось важнее ответить ей, чем продолжить то, чем мы занимались. А я ведь была на грани и не стала бы его останавливать. Переступила бы через все дурацкие барьеры и разрешила бы себе не задумываться о последствиях. Готова была просто получать удовольствие.

Получила удовольствие. Аж на стену хочется лезть от таких неповторимых ощущений.

Чтобы занять себя, я приступаю к готовке попкорна. Насыпаю мармелад в пиалу, а чайник ставлю на варочную панель. Но мысленно прокручиваю момент поцелуя. Мы буквально сгорали рядом друг с другом, чтобы потом отдалиться. Со злостью отправляю в рот мармеладного мишку и начинаю его разжевывать, вымещая злость на бедняге.