Книга Прятки в темноте, страница 73 – Элен Боннет

— Назарову что-то привиделось, тренер. Вы же знаете, какой он у нас впечатлительный.

Как только всё закончится, сразу же рвану за Сашей. Пусть только ничего не начудит на эмоциях. Сомневаюсь, что она облегчит задачу и направится ко мне домой. Но у меня есть козырь в рукаве, а точнее – заложник в виде кота.

Чёрт! От этого бреда самому смешно.

— Уверен, что всё хорошо и можешь играть?

Тимур приподнимает бровь, сканируя меня практически чёрными глазами-лазерами. Не зря между собой мы его называем «Терминатор».

— Более чем на сто процентов!

— Тогда сделай так, чтобы победа была наша. – Он кивает в сторону команды и отступает.

— Другого исхода игры не может быть. – Салютую и направляюсь на позицию.

В груди жжёт, будто в меня метнул фаербол Железный человек, а всё тело покрыто липким слоем холодного пота. Нужно направить всю хрень, которая творится внутри, на соперников, а после, уже на холодную голову падать в ноги Снежке. Стану её тенью, если потребуется, но она выслушает и, надеюсь, поймёт.

Нападающий «Орлов» встаёт напротив, пристально смотрит в глаза. Пытается задавить морально и увести шайбу из-под носа. Судья делает вброс, и я моментально захватываю инициативу.

Ха! Выкуси, пернатый!

Ускоряюсь, чтобы в первые минуты принести нашей команде ещё одно очко. Но страусы-переростки из команды соперников сразу же реагируют и бросаются на защиту. Приходится обходить по бортику, сохраняя шайбу. Самый умиротворяющий звук, который только существовал на планете, – шуршание шайбы о лёд и цоканье по клюшке. Мне кажется, как только родился, я уже любил хоккей. Отец поставил меня на коньки в два года, и с тех пор я практически их не снимаю.

Тёмыч с Лёхой, два наших нападающих, вырываются в зону защиты соперника, пытаясь подстраховать меня. Но их позиции слишком уязвимы, и любая передача закончится потерей шайбы. Решаю вести самостоятельно. Ледяная крошка летит из-под коньков, когда я спиной оттесняю здоровяка «Орлов». Понимаю, что вот-вот потеряю преимущество, и в тот момент, когда отдаю пас Артёму, на меня кто-то наваливается, прикладывая всем телом о лёд.

Святое дерьмо! Желудок скручивает от резко появившейся тошноты, но звук свистка и новость, что нашей команде всё же удалось забить гол, заставляют радостно ударить о твёрдую поверхность рукой.

— Ты живой? – раздаётся голос Антона, и парни помогают мне подняться.

Но требуется некоторое время, чтобы сфокусироваться и вернуть координацию.

— Живой! Давайте дожмём их. – Встряхиваю головой, и шум в ушах немного стихает.

Зрители ликуют, тренер позволяет себе скупую улыбку, которая дороже кубка, а коллеги по команде как никогда воодушевлены. Остаётся четырнадцать минут. Значит, не время расслабляться. Ещё может произойти всё что угодно.

Только мой страх потерять Сашу и душевная боль перерождаются в адреналин. А значит, лучше никому не попадаться на пути.

Богдан

Последние два часа я двигаюсь на автомате: ещё один гол в ворота соперника, победа, общение с журналистами и трогательная речь Тимура. Всё это сливается в серое месиво событий, потому что мне как можно быстрее нужно оказаться совсем в другом месте. Поэтому при первой же возможности несусь со всех ног на подземную стоянку, одновременно пытаясь дозвониться до Лёхи. Получается не сразу, и каждая минута промедления подливает масло в огонь.