Книга Ритм твоего сердца, страница 102 – Элен Боннет

— Сука! Джей, ты не должен позволять ему быть рядом с ней! – Он чуть не вскакивает с лавки, когда слышит про Лисичку. – Он же больной, помнишь, что сделал с Моникой? Блядь!

Майкл достает пачку и, зажав папиросу между губами, прикуривает. Чиркает зажигалкой – и на несколько секунд вспыхивает ярко-голубое пламя. Пергамент тлеет и еле слышно потрескивает от каждой затяжки.

Мы снова замолкаем, хотя могу дать голову на отсечение, что мысли у нас схожие. А именно – как раскрыть Эвелин правду, чтобы она не послала меня в эту же секунду. Нужно сделать это как можно скорее и отгородить ее от Форда. Только вот как добиться, чтобы его уволили из университета? Это уже другой вопрос.

— Нужно устроить внеплановое выступление дня через три-четыре, и после него я открою Эвелин правду. Сниму маску.

Во рту от волнения пересыхает, заглядываю другу в глаза, а он молчит и что-то обдумывает.

— Трудно будет все так быстро организовать. – Он упирается локтями в колени и трет ладонью глаза. – Эви вспыльчивая, боюсь представить, как она отреагирует на твои игры. Она же не знает, почему ты, прежде чем сблизиться с человеком, сперва его полностью изучаешь. Главное, чтобы дала объясниться.

Да уж, с моими тараканами сложно смириться, но я не мог по-другому, не мог снова встать на те же грабли, и вся эта история с картами и маской поначалу казалась отличным вариантом узнать ее лучше. Теперь понимаю, какой же я идиот и могу из-за глупости потерять Лисичку. Нет, сделаю все возможное, но не отпущу ее! Она моя, и точка.

— Поэтому я и хочу, чтобы она выслушала. Необходимо после выступления найти место, где мы сможем поговорить без посторонних глаз.

Знаю, что Майкл очень хорошо ориентируется в городе и постоянно предлагает интересные варианты для танцев. В этот раз так же рассчитываю на него, а то голова совсем не соображает.

— Джей, время, – показывает он на часы – оказывается, мы уже задерживаемся на пять минут. – Я сегодня подумаю, а завтра поделюсь, что удастся накопать.

* * *

Лисичка допивает четвертый капучино за смену и устало проводит ладонью по лицу. Из-за упрямства она отказалась возвращаться домой пораньше. Кай уехал уже часа три назад, и Эви спокойно могла бы отправляться отдыхать, я бы ее прикрыл, а потом под утро наведался в гости и составил компанию. Но нет же, она пытается казаться сильной, будто не понимает, что при мне делать это необязательно.

Пятнадцать минут остается до закрытия, музыка уже еле слышна, и в зале, на удивление, нет ни одного засидевшегося гостя. Обычно находятся парочки, которые задерживаются до закрытия или даже дольше, из-за них мы не можем вовремя уйти домой. Концепция заведения гласит, что наши двери открыты до последнего клиента, и это иногда очень раздражает.

Я подхожу к Эвелин со спины и едва касаюсь белых крыльев ее костюма, они мягкие, шелковистые – такие же, как кожа Эви. Хочется касаться ее везде, желательно в горизонтальном положении, без одежды. Хотя стоя тоже было бы неплохо.

— Почему не уехала пораньше? Я же вижу, что ты устала.

Разворачиваю упрямицу к себе, а она улыбается, и мне уже не хочется ее ругать, появляется желание впиться в губы и наконец-то утолить жажду прикосновений, о которых я мечтаю с утра, с той самой минуты, когда за Эви закрылась входная дверь.