Книга Ритм твоего сердца, страница 152 – Элен Боннет

Сажусь на корточки, взгляд скользит по витиеватым линиям в граните, они создают узоры, превращающиеся в буквы и цифры: «Ава Картер. 11.03.1976 – 17.05.2021». Провожу кончиком указательного пальца по надписи и только теперь замечаю свежие розы, лежащие на камне, точно такие же, как те, которые я сжимаю в свободной ладони. Никогда не прихожу к маме с пустыми руками, темно-красные – ее любимые. Она раньше всегда украшала ими квартиру, выбирала самые длинные и обязательно без шипов. Продавец в цветочном магазине иногда по заказу доставлял их к нам домой.

Но кто еще мог принести такие же цветы ей на могилу? Первое время после ее смерти здесь часто появлялись красивые букеты, но потом мои стали единственными. Именно поэтому меня удивляет, что кто-то приходил сюда. К тому же этот человек должен хорошо знать маму, раз выбрал именно эти розы.

Кладу свой букет, едва касаюсь бутонов, лежащих рядом, и замечаю под ними записку. Бумага светлая, не испорченная каплями дождя, значит, лежит совсем недавно. Потому что вчера с неба обрушился ливень, когда я вернулся домой.

Первые минуты я не беру находку, а просто разглядываю ее, не желая нарушать свои же правила. Не люблю читать чужие письма, это как минимум некрасиво. Но вскоре любопытство побеждает: мне больше хочется узнать, кто навещал маму, чем то, что там написано. Решаю просто посмотреть подпись, если она есть, и вернуть назад. Отодвигаю цветы, подцепляю белый лист, свернутый в несколько раз, и достаю, чтобы посмотреть. Внутренний голос останавливает меня, говорит, что это неправильно, но руки в это же время разворачивают письмо. Аккуратный каллиграфический почерк привлекает взгляд, все буквы одинакового размера, под определенным углом. Не читаю содержимое, просто отмечаю, как написано послание, будто человек переписывал его множество раз, чтобы не допустить ни единой помарки.

И дохожу до подписи.

Джейсон

— Сэмуэль, – шепчу я, словно это имя – заклинание, оживляющее призрака из прошлого.

Это же не может быть тот самый человек, о котором я думаю. Или может? Поднимаюсь на ноги, сворачивая обратно лист. Желание прочитать все до единого слова с каждым мгновением вспыхивает в груди все сильнее. Если это тот, о ком думаю, то я должен знать, что этот человек вернулся из Чикаго, чтобы постараться с ним не пересекаться. А если это невозможно, то хотя бы быть готовым к неприятному сюрпризу. Уверен, что смог бы узнать его среди тысячи людей, хоть и прошло много лет. Мама всегда говорила, что у нас с ним одинаковые глаза и улыбка, а я старался переубедить, заверить, что у меня нет ничего схожего с человеком, который обидел ее когда-то.

Вдох-выдох.

— Мама, это он? – спрашиваю я, зная, что никогда не услышу ответа.

Но природа сегодня будто пытается общаться со мной от ее лица. Порыв ветра завывает вокруг, пронизывая насквозь, а с неба срываются первые крупные капли дождя. Сейчас самое время направиться в машину, но я не хочу уходить так скоро, мне нужно еще хотя бы десять минут. Хотя, скорее всего, будет мало и вечности. Пока редкие капли не участились, открываю письмо и принимаюсь читать.

— Прости, я должен знать, – оправдываюсь я, потому что мама учила никогда не совать нос в личную жизнь других людей.

Ава, я наконец-то тебя нашел. Так жаль, что я не смог снова тебя увидеть, коснуться, попытаться вернуть до того, как небеса разлучили нас. А я так этого хотел – хотел вновь быть рядом. Да ты и сама знаешь. Как же жаль, что не смог подобрать нужных слов, чтобы ты поверила мне.