Книга Дорогой Дуэйн, с любовью, страница 36 – Элиза Гордон

— Ты в порядке, Дени?

— Да. Прости. Я просто немного напугана. И смущена. Насчет прошлого вечера...

— Больше ни слова об этом. — Он наклоняется ближе. — Возможно, это происходит не в последний раз, но мы будем работать над этим.

— Отлично. Потрясающе. Сегодня я не ела капусту, так что это шаг вперед.

Он улыбается и поворачивается к потной даме, которая бочком подошла к нему.

— Новая жертва для тебя, Марко? — говорит она, подмигивая мне. — Не волнуйся, малышка. Ты в хороших руках. За исключением той части, где он заставляет тебя плакать, но ты поблагодаришь его за это позже.

Она похлопывает Марко по руке и направляется к выходу. Клянусь, она хромает.

Я направляюсь в женскую раздевалку, пока Марко не увидел, как я нервничаю. На фоне крашеной стены из шлакоблоков, занимается парень в шелковых, свободно сидящих сине-белых шортах, которые почти ничего не скрывают, его майка заправлена спереди, а серебристые волосы поддаются гравитации, делает стойку на руках — хотя и не очень хорошо. Он почти съеживается в комок, когда улыбается мне, когда я прохожу мимо. Я не уверена, дружелюбен ли он или ему больно.

Я почти сталкиваюсь с мускулистой Триш с корзиной использованных полотенец под невероятно идеальной рукой.

— Привет, рада, что ты вернулась! — говорит она.

* * *

На подгибающихся ногах я выхожу из раздевалки и оглядываюсь через плечо, чтобы посмотреть, там ли еще Человек в Стойке на руках. Да. Только на этот раз ему удалось упереться ногами в стену, глаза смотрят в пол, а тощие, морщинистые руки дрожат, пытаясь выдержать вес его тела. Это выглядит очень не безопасно.

Я нахожу обратный путь к беговым дорожкам, где Марко стоит с блокнотом в руке; он указывает на скамейку, которую придвинул.

— Присаживайся. Сначала мы немного поболтаем, если ты не против.

В течение следующих получаса или около того приветливый характер Марко успокаивает бурю, бушующую у меня внутри. Он расспрашивает обо всем — от диетических привычек до моих физических упражнений (он даже не смеется, когда я говорю, что это включает в себя бег по лестнице в Dunkin' Donuts так быстро, как только могу) до пищевой аллергии и ранее существовавших заболеваний. Он заставляет меня заполнить медицинскую анкету, которая охватывает все, о чем он не спрашивал, — от лекарств до моих последних месячных и того, думаю ли я, что могу быть беременной.

— Вопрос: должна ли я делать стойку на руках?

— Прости?

— Тот парень вон там — у женской раздевалки. Человек в стойке на руках?

Марко смеется:

— Тебе не обязательно делать стойку на руках. Это Уолтер. И все свои советы по фитнесу он получает с YouTube. Он утверждает, что это полезно для кровообращения.

Я смотрю на Уолтера как раз в тот момент, когда он улыбается двум другим женщинам, проходящим мимо, чтобы пойти переодеться.

— Мм-хмм. Вот почему он делает это рядом с женской раздевалкой? Я думаю, это больше связано с теми очень модными, очень свободными шелковыми шортами.

— Это единственная кирпичная стена, которая не покрыта зеркалом. Он уже сломал одну. Эта стена была нашим компромиссом, — говорит Марко. — Но, если тебе нужно знать что-нибудь об американской истории, и я имею в виду что угодно, Уолтер — нужный парень.

Он снова обращается к своему планшету. Как только с формальностями покончено — чтобы покрыть ответственность клуба на случай, если я упаду замертво от сердечного приступа на эллиптическом тренажере, — он приглашает меня на беговую дорожку.