Книга Ребенок от предателя, страница 49 – Ксения Богда

Леша отталкивается от подоконника и приближается ко мне со спины. Я ощущаю тепло, которое исходит от него. Невольно перестаю дышать. Пытаюсь сконцентрироваться на здоровье собаки, но ни черта не выходит. Да потому что со щенком полный порядок, и мне не нужна сосредоточенность, как обычно.

Я с первой минуты, как увидела щенка, поняла, что он идет на поправку, и мой осмотр не нужен был. Но тем не менее Леша сейчас здесь. Стоит за моей спиной. Волосы шевелятся от его дыхания.

Сжимаю пальцы на столике, держусь.

— И что от меня нужно, чтобы моя собака поправилась окончательно?

Он и правда очень близко. Ближе даже, чем я могла представить. Мне кажется, если я на миллиметр отклонюсь, то упрусь в его грудь.

И меня даже слегка качает. Тут же Леша придерживает меня, обхватывая за предплечья. А я стараюсь не упасть в обморок от нахлынувших эмоций.

Боже мой, как же я, оказывается, соскучилась по его рукам.

— Ты в норме?

Отрывисто киваю. Потому что язык прилип к небу и я не в состоянии даже двух слов связать.

— Так и что от меня нужно, чтобы Жужа быстрее поправилась? – повторяет простейший вопрос.

А я будто бы не понимаю, что от меня хотят. Я сосредоточена только на ощущении его рук на своей коже, прикрытой тонким слоем ткани моего медицинского костюма.

— Ни-ничего. Просто внимание и сильно не нагружать лапу.

Знал бы он, каких энергозатрат мне стоит произнести эту фразу.

— Значит, все в порядке? – Леша не торопится отойти.

Словно, наоборот, тянет. Придумывает, как бы подольше постоять вот так. Прикрываю глаза, ругаю себя мысленно. Ну что за бред лезет в голову? С чего бы Леше хотеть меня трогать?

У него семья своя… у меня своя, в виде Кирюшки и Киры.

Кстати…

— Как твоя жена? – вырывается, и я не успеваю обдумать, стоит ли спрашивать об этом.

Пальцы на секунду сжимаются, и я шиплю от боли. Леша отступает, давая такую, как мне казалось, желанную свободу. На самом же деле стоит ему сделать шаг от меня, как я ощущаю груз потери.

— Прости.

Разворачиваюсь на пятках как раз в тот момент, когда Леша устало потирает шрам.

— Это ты прости. Твоя семья – это не мое дело, – поднимаю руки в знак примирения.

Леша хмурится и продолжает растирать висок, а я неожиданно для себя начинаю волноваться и дергаться.

— С тобой все хорошо, Леш? – делаю шаг к нему и в порыве чего-то необъяснимого поднимаю руку, чтобы погладить его голову.

Вовремя отдергиваю. Закусываю губу до боли. Нельзя трогать! Это ни к чему хорошему не приведет!

Только вот Леше на это наплевать. Он берет меня за руку и прижимает ко лбу. Блаженно выдыхает, прикрыв глаза.

— Хорошо-то как. Голова раскалывается в последнее время жутко просто.

— Таблетку? Давай принесу, – дергаюсь, но Леша крепко держит меня за руку, и мне не удается от него сбежать.

— Просто постой немного со мной, Ник.

Закусываю губу и киваю. Если ему так станет легче, то я готова. Готова проглотить комок, подкатывающий к горлу, когда мои подушечки пальцев ощущают под собой гладкость и теплоту кожи Леши.

— Слушай, а мы с тобой не пересекались в аквапарке?

Внутри все летит вниз. Ноги становятся слабыми, но меня по-прежнему удерживают за руку, и это спасает от обморока. Да, мы любили с ним на выходных сгонять в аквапарк до того, как я забеременела. А после бассейна любили полежать в хамаме, и Лешка даже массаж мне делал, а я млела.