Книга Двойня для чайлдфри, страница 106 – Ольга Кобзева

И он отправился звонить по телефону. Ирина бросила на нас с Вадимом оценивающий взгляд, но промолчала. Развернула коляску и выкатила ее снова из дома. Послышалось радостное агуканье сыновей, понявших, что прогулка продолжается. Вадим поднял меня с пола и усадил на диван, поднять на него глаза было стыдно. Никак не могла заставить себя это сделать. Я чувствовала себя грязной, униженной. Снова полились слезы.

— Вика, прости меня, — тихо выдавил муж. — Милая, я понимаю, что только и делаю, что подвожу тебя… прости меня. Я никак не хотел видеть очевидного. Денис — моральный урод. Он много чего успел натворить, а я закрывал глаза. Как же, друг детства. Вик, ну посмотри на меня! — поднял осторожно подбородок, стараясь поймать взгляд. — Ты сможешь меня простить? Хоть когда-нибудь?

Так как я так и не посмотрела на него, Вадим крепко прижал меня к себе и принялся гладить по голове, спине, тихо что-то шептать, мягко, успокаивающе. С каждой минутой напряжение понемногу ослабевало, становилось легче дышать, слезы прекратились. Я просто сопела, крепко прижимаясь к мужу. Вдыхала родной запах, наслаждалась крепкими объятиями.

— Ты ни в чем не виноват, — выдавила, не отстраняясь. — Это я предложила его позвать.

— Ну конечно виноват! Вик, кто еще, как не я должен был заметить в какого отморозка превратился мой друг? Прости меня, солнышко, — Вадим принялся покрывать поцелуями мое лицо. — Прости меня, маленькая.

Мы так и сидели, пока не приехала полиция. На этот раз все было проще и быстрее. Я почти не говорила. За меня это делали Ирина и Станислав Львович. Только кивнула несколько раз, подтверждая рассказ и поставила несколько подписей. С тысячей извинений меня сфотографировали, запечатлевая разбитое лицо и разорванную одежду. И на этом все закончилось.

Пора была кормить мальчиков, но ничего не вышло, молоко у меня пропало. Полностью. Сразу. Появились жалкие капли, но на этом все. Так что Вадим уехал за специальными смесями для кормления, а Ирина не растерялась и смогла утолить голод мальчиков обычным куриным супом. Для Стасика с Сережей такая еда в новинку, но в критической ситуации выбирать не приходится.

Ирина стала мне ближе после всего, что случилось сегодня. Оставила сыновей на нее, а сама долго стояла под горячими струями, терлась жесткой мочалкой, размазывала соленые капли, которые снова полились, стоило только представить, что Ирина вернулась бы чуть позже.

— Спасибо вам, — вышла на кухню после душа. Чувствовала себя несравненно лучше. Ардашев старший сидел тут же, вытянув длинные ноги, в расстегнутом пиджаке, галстук небрежно отброшен на соседний стул. Мужчина потягивал что-то алкогольное. Ирина возилась с мальчиками. Оба сидели в стульчиках для кормления и самозабвенно колотили ложками по пластиковой столешнице. Выглядели при этом невероятно довольными.

— Они поспали на улице, теперь и не уложить, наверное, — перевела на меня взгляд Ирина.

— Попозже можно попробовать, — пожала плечами, а потом поддалась порыву и шагнула к Ирине вплотную. Неловко обняла ее крепко-крепко и получила такие же объятия в ответ. — Спасибо вам, — выдохнула снова.

— Тебе, — поправила Ирина. — И пусть на маму я не рассчитываю, но хоть выкать больше не стоит, ладно? Ты прости меня, Вик, — неловко извинилась женщина. — Не стоило мне заявляться к Вадику в квартиру, и слов тех говорить не стоило. Вероника всегда казалась мне хорошей девочкой, с Шепетновыми я дружу уже очень давно, особенно со Светой, мамой Дениса и Ники. Поженить их с Вадиком казалось отличной идеей. Все уже почти устроилось, когда появилась ты. Но теперь я вижу, что все к лучшему.