Книга Развод. М - значит месть, страница 26 – Ирина Манаева

— Не хватайся за то, чего больше нет.

Смотрит на меня снизу вверх, но чувствую себя поверженной.

— А как же любовь? — выгинаю бровь. — Всё ложь?

— Любовь? — слышу усмешку. Он открывает ящик стола, вытаскивая оттуда документы, и бросает на стол.

— Что это? — смотрю на бумаги.

— Прочти.

Беру листы, исследуя информацию. Это договор на покупку ресторана, где владелицей значусь я.

— Если ты меня действительно любишь, — не смотрю на него, — должен поверить, что я не изменяла.

— Верю…

— Верю, — повторяет снова Гар, и я выдыхаю с облегчением, — собственным глазам, — дополняет. — Я не из тех, кто прощает, Влада!

— Но меня не за что прощать!

— Ты взрослый человек, должна понимать, что это конец.

Слово «конец» отзывается во мне болью, и я сжимаю кулаки, чтобы не показать своей слабости. Ненавижу быть слабой. Пришла сюда поговорить, да, но унижаться и умолять его не стану.

— Ты так хочешь от меня избавиться? — горькая усмешка растягивает мои губы.

— Не говори ерунды, — кривит Гар красивое лицо. — Сколько угодно людей разводятся, не делай из этого драму!

— Как всё для тебя оказывается просто, — внутри всё горит, я не желаю верить в то, что мы больше не вместе. — Это просто кризис, — хватаюсь за малейшую возможность.

— Игорь Романович, — секретарша возникает невовремя, — у вас встреча.

— Да, спасибо, Влада уже уходит.

Жду, когда секретарша исчезнет, но отчего-то она не торопится.

— Оставьте нас на минуту, — прошу, и девушка всё же испаряется. — Гар, вернись сегодня, просто поговорим.

Он молчит. Не отвечает ни «да», ни «нет».

— Не хочу, чтобы всё заканчивалось, — продолжаю.

— Не всё бывает так, как нам хочется.

Убирает бумаги со стола обратно в ящик, выжидательно смотрит, чтобы я ушла, и приходится подняться.

— Я буду ждать, — говорю на прощание, покидая кабинет. Уже в машине позволяю себе не сдерживать эмоции, чувствуя, как предательские слёзы ищут выход. Я не железная, он слишком много для меня значит, чтобы терять. Но как бороться, если это нужно лишь мне? Он всё для себя решил. Не стану же бегать за ним, как собачонка, вымаливая прощение.

Достаю салфетки, промокая лишнюю влагу, и поворачиваю ключ в замке зажигания. Как же невыносимо больно от осознания, что тебя отталкивают. Какое-то время смотрю на выход, надеясь, что Гар последует за мной, но этого не происходит. Вторая волна накатывает, и я спешу свалить отсюда, чтобы не давать поводов для сплетен. Надо успокоиться, никогда не любила показывать чувства на людях, к тому же всегда надо помнить, что есть жёлтая пресса. Нет, сама по себе я не представляю интереса, но надо помнить, чья дочь и жена, пока ещё жена Преображенского.

— Привет, Влада, — на проводе мама, вздыхает так, что снова хочется реветь, хотя только что успокоилась. — Звонила Игорьку, он так расстроен, что у вас не ладится.

Может, хотя бы ей удастся убедить его изменить решение?

— Можешь сказать, чтобы приехал сегодня?

Да, прошу собственную мать повлиять на зятя, но у них всегда были тёплые отношения, может, именно теперь это поможет. Со свекровью разговоры сводятся только к поздравлениям на праздники. Мне не нужна её любовь, впрочем, она тоже не нуждается во мне, так что у нас обоюдно.

— Влада, дай ему время всё переосмыслить, — она говорит осторожно, и, кажется, в её лице он нашёл ту, что поймёт и поддержит. — Просто тема такая щекотливая. Я не смогла жить с твоим отцом, потому что…