Книга Измена. Я сильнее боли, страница 26 – Ирина Манаева

Нашла на кухне пакет с пакетами и вставила один в другой. Высыпала золу, в которой не было понятно, что есть что, и крепко завязала на два узла. Выброшу в ближайшей помойке. На завтрак предпочла яйца с помидорами, но ела как-то без аппетита. Может, не ехать сегодня на работу, а просто скрыться ото всех дома? Нет, не могу. Капитан покидает судно последним.

Наткнулась на пиджак и невольно замерла. Даже отсюда казалось, что он отдаёт его запахом: сандал и какой-то цитрус. Бросила в угол, но потом подняла. Его место в мусорном баке. Собралась, окинув себя бегло в зеркале, может, немного помята, но всё та же я.

На этот раз обошлось без Юджина и Уварова. Я спокойно добралась до кабинета, усаживаясь за стол. Отчего-то захотелось проверить вчерашний ящик, словно там было второе одно, и я дёрнула ручку. Коньяк был целым, а рядом лежала записка с благодарностью. Что ж, Давид, замолвлю за тебя словечко, если останусь на прежнем месте.

Несмотря на то, что корабль медленно тонул, работы было много. Мы не закрылись, а трудились в обычном режиме. Незнакомый номер снова донимал, я несколько раз игнорировала, а потом позвонил Важа.

— Девочка моя, ты в своём уме? — начал вместо приветствия.

— И тебе здравствуй! — откинулась в кресле, потягиваясь от долгого сидения.

— Ты какого чёрта игнорируешь Гальцева?

— Я? — быстро принимаю благопристойную позу, будто за мной наблюдают.

— Он звонил, не понимает, почему ты не отвечаешь, думая, что я дал ему неверный номер.

Неслышно ругаюсь, укладывая ладонь себе на лоб, осознавая, какая идиотка, и отвечаю.

— Сейчас перезвоню, просто на беззвучном стоял.

— Надеюсь, потом мой номер не станет таким же тихим для тебя.

— Ты всегда в моём сердце, Важа, — усмехаюсь, нажимая отбой. — Чёрт, чёрт, — открываю пропущенные, пытаясь успокоиться. Выравниваю дыханием и набираю.

Гудки долго не сменяются ответом, и я намереваюсь отключиться, когда мужской голос всё же отвечает.

— Слушаю.

— Добрый день, Павел …., - понимаю, что напрочь забыла отчество, и горько вздыхаю.

— Назарович, — подсказывает Гальцев.

— Меня зовут Кира Перцева, и я…

— Да, знаю, кто вы. Именно поэтому звоню. Есть возможность встретиться сегодня вечером?

Невольно замираю, окидывая себя взглядом. Надо переодеться.

— Во сколько? — решаю уточнить.

— Семь вам подходит?

— Да, вполне.

— Ресторан…, - он на долю секунды задумывается, будто пытается вспомнить название, а потом добавляет. — Встретимся у вас.

— Конечно. Что-то определённое приготовить?

— Удивите меня.

Его слова заставили задуматься.

— Вы здесь? — окликнул Гальцев.

— Да, да. Я вас поняла. До встречи.

Откинув от себя телефон, словно он был каким-то порченным, я задалась мыслью: что имел ввиду Гальцев под словами «удивите меня». Намекал ли он на интим или же говорил просто о блюдах.

Быстро затрясла головой, прогоняя дурацкие мысли. В любом случае я не готова продаваться, лишь предложить свой диплом и услуги управляющего.

Бросив взгляд на часы, поняла, что есть время, пожалела, что счастливое платье осталось в квартире, но возвращаться за ним было бы глупостью, тем более теперь, когда я сожгла паспорт. Определюсь на месте, или позаимствую что-то у Милки. Кстати, Сологуб.

Я выбрала из списка номер подруги и позвонила.

— Привет, — ответила она в нос, и я поняла, что Милка плакала.