Книга Капкан, страница 172 – Амелия Брикс

Низ живота начинает ныть от предвкушения и волнения. Стягиваю с себя футболку.

— Дай мне их поцеловать, – в глазах Марка столько желания и страсти, что я повинуюсь ему. Нависаю над ним, и он захватывает один сосок губами. Обводит его языком. Мое желание нарастает с утроенной силой. Переходит на второй и цепляет зубами.

Вскрикиваю.

— Все не могу больше. Сними с себя все, – командует он, – и повернись ко мне, – сглатываю, дрожащими руками расстегиваю джинсы и стягиваю их с себя.

— Прошу не дразни меня больше. Если бы не эти бинты, я бы сделал все сам.

Стягиваю трусики и смотрю на Марка сверху вниз.

— Иди ко мне немедленно, – Марк пожирает меня своим жгучим взглядом.

Я становлюсь на карачки, как он и велел. Он тут же проводит языком по моему клитору. Молниеносно по телу проносится разряд тока.

— Ах, – опускаю свой рот на его член и сосу. Мы в унисон издаем стоны блаженства. Но язык Марка проворнее и мне трудно сконцентрироваться на минете. Его ласки вызывают покалывание на коже, а низ живота сжимается в тугой узел от нарастающего желания, требующего получить скорую разрядку. Больше не могу ласкать его и выпускаю член из рта, сосредоточившись на своих ощущениях. Прижимаясь бедрами к его рту. Стону.

— Мааарк… – выкрикиваю я, не в силах сдержаться.

— Хочу погрузиться в тебя, – задыхаясь, хрипит он, слегка покусывая мою правую ягодицу. Я сползаю и смотрю на него, пытаясь выровнять дыхание.

— Садись на меня сверху, – я так возбуждена, что меня уговаривать долго не приходится.

Разворачиваюсь к нему лицом и медленно ввожу член. Боже! Выгибаю спину от наслаждения.

— Ааа, – вырывается стон.

— Моя, – наши взгляды с Марком встречаются, когда я полностью насаживаюсь на его член.

— Давай, котенок, попрыгай на мне, – приподнимает бедра.

Его слова последнее, что я слышу, еще соображая разумно. Дальше дикие стоны и выкрики. Пот струится по моей спине. Но я поглощена только одним, как его член входит и выходит из меня. Нарастающая пульсация на клиторе и тепло внизу живота, предвестники моей скорой кульминации.

— Марк… Боже… я сейчас…

— Дааа… давай… котенок, – и мы одновременно приходим к финалу.

Я продолжаю раскачиваться, вбирая остатки уходящего наслаждения. А потом падаю на его грудь, уткнувшись ему в шею и вдыхая любимый аромат.

— Господи… я в раю, – шепчет Марк, все еще тяжело дыша.

— Мммм, – мурлычу я, как котенок.

— Это был лучший десерт в моей жизни, – в шутку оценивает он наш секс-марафон.

Поднимаю голову и смотрю на его довольное лицо.

— И мой, – мы не сводим глаз друг с друга, а затем соединяемся в долгом поцелуе.

Маша

Всю неделю мы с Марком провели в счастливой эйфории влюбленности. Он больше не капризничает, выполняет все предписания врачей, хорошо кушает. Настроение у него, как и у меня, почти воздушно-заоблачное. Мы шутим, мы смеемся, мы ведем себя, как малые дети, нет, как влюбленная парочка, которая не замечает никого и ничего вокруг. Находясь в своем маленьком мирке, мы не можем насытиться друг другом. Его родственники рады тому, что Марк быстрыми темпами идет на поправку. Я ночую у него почти каждую ночь, и почти каждое утро он уговаривает меня не ходить на работу и остаться с ним. А я настаиваю на своем и прошу его не давить на меня и не торопить события. С той страстной ночи у нас больше не было интимной близости. Конечно же, он не оставляет попыток приставать ко мне, требуя большего. Но, как оказалось, мы очень “шумная” парочка, а мама Марка ночует в соседней комнате, я просто не могу переступить через свое пуританское воспитание и позволить ему это. Я потом сгорю со стыда, общаясь с ней. Марк говорит, что это потому, что я еще маленький пугливый котенок, и что мама его все поймет и только будет неслыханно рада появлению внука или внучки. Конечно, я понимаю, что он шутит на счет детей, но… Поворачиваю голову и украдкой наблюдаю за Марком. Он смотрит спортивный канал, а я, примостившись у него под боком, пытаюсь читать книгу. Но уже десятый раз возвращаюсь к одной и той же строчке и не могу уловить смысл прочитанного. Марк трется носом по моим волосам и глубоко вздыхает. Приподнимаюсь и утыкаюсь ему в шею.