Книга Капкан, страница 217 – Амелия Брикс

— Молодой человек, не хочу вас раньше времени пугать, но это может быть… да много чего может быть, – серьезно отвечает она, сдвинув очки на переносицу. – Надо обследоваться, а потом ставить диагнозы. Я бы вам посоветовала пройти обследование в Омске. Там возможностей больше.

Марк задирает голову вверх, закрывает руками лицо и тихим голосом, полным отчаяния, произносит: – Господи, за что?

Марк

— Марк, у меня к тебе просьба, – говорит Маша, сев в машину.

— Конечно, всё, что пожелаешь, – нежно провожу пальцем по ее щеке.

— Давай, заедем в церковь, здесь недалеко, – смотрит на меня с надеждой.

Хватаю руками руль и сжимаю. Закрываю глаза и шумно выдыхаю.

— Нет, – получается резко.

— Ради меня, пожалуйста, – просит Маша.

Господь решил снова поиграть с моей судьбой. Испытывает? Перевожу взгляд на мою девочку. Она такая бледная… Боже… С Наташей было тоже самое…

— Ладно, – нехотя соглашаюсь я. Не могу сейчас ей отказать ни в чем.

Наши шаги эхом отдаются в безлюдном проходе церкви. Мы встаем напротив распятия Христа. Маша ставит свечку. Крестится и что-то совсем тихо говорит, едва шевеля губами.

— Ты же сам страдал, – начинаю свой мысленный монолог, – почему тогда отправляешь страдания людям? – ком подступает к горлу. – Это несправедливо! – резко разворачиваюсь и покидаю церковь.

— Марк, подожди, – Маша быстрым шагом следует за мной. – Да подожди же ты.

Останавливаюсь.

— Так нельзя, – запыхавшись, говорит она.

Сгребаю ее в охапку и прижимаю к себе.

— Прости, не могу… – шепчу, уткнувшись ей в шею. – Я люблю тебя, – отстраняюсь и смотрю в глаза, – никогда никого я не любил так, как тебя. Не оставляй меня, котенок, – голос дрожит.

— Марк, – глаза Маши наполняются слезами, – все будет хорошо, надо только верить.

Мой взгляд блуждает по ее лицу.

— Да. Мы будем счастливы, – обхватываю ее лицо руками и прижимаюсь лбом к ее лбу. – Мы обязательно будем счастливы с тобой, – она кладет руки поверх моих.

— Поехали домой. Мама, наверное, места себе не находит.

Мы садимся в машину и всю дорогу держимся за руки. До самого дома обсуждаем переезд ее мамы. Маша волнуется за нее и не хочет оставлять здесь одну. Я предлагаю для начала пригласить Светлану Александровну в гости, а уже потом уговорить остаться. Маше мой план нравится, и мы решаем действовать незамедлительно.

— Ну, что сказал доктор? – прямо с порога взволновано спрашивает ее мама.

Маша рассказывает о визите к врачу. Естественно, она все преподносит так, будто это всего лишь легкое недомогание из-за нервов. Понимаю, она старается уберечь мать от волнений, но нельзя так относиться к своему здоровью.

— На обратном пути заедем в клинику в Омске, – говорю я.

Маша пытается возразить.

— Маш, это не обсуждается, – настаиваю я. – Ты проверишься, и на этом тема закрыта.

— Ладно, – соглашается она нехотя. – Мам, мы в церковь ходили.

— Правильно. Господь всем помогает и прощает грехи земные людям. Надо всегда держать связь с Богом.

Я решаю не обсуждать этот вопрос. Маша видит по моему лицу, что эта тема мне совсем не нравится, и заводит разговор о поездке мамы с нами. Светлана Александровна долго сопротивляется, но в итоге после наших убедительных уговоров сдается и соглашается.

Маша с матерью начинают обсуждать детали поездки, собирают вещи, а мои мысли тем временем сосредоточены только на обследовании, которое нужно сделать как можно быстрее. Но где? Попросить Серова? Нет, его я просить пока не буду, он слишком занятой человек для таких просьб. Влас? Тот, наверняка, предъявит условие, начнет торговаться. Черт! Что же делать? Может он не настолько гнилой? Рискнуть и позвонить ему? Власу ничего не стоит договориться в клинике, он всех в городе знает.