Книга Капкан, страница 244 – Амелия Брикс

Я попросил тебя быть крестным твоих детей, но, по всей видимости, у меня это не получится… Прости… я очень сожалею… Мне грустно потому, что я тебя больше никогда не увижу… не увижу твои глаза, твою улыбку, не услышу твой счастливый смех…

Прости, хотя ты и просила разлюбить тебя и забыть, но признаюсь честно, я не в силах это сделать. В моих грезах, в моих мечтах, в моих мыслях, в моих снах ты всегда остаешься МОЕЙ любимой Принцессой.

В этом конверте лежит ключ от банковской ячейки и все координаты банка.

Ячейка оформлена на доверенное лицо, и это ты. Прошу тебя, воспользуйся этим ключом и забери оттуда документы. Все ценные бумаги и акции, а также все свое имущество, я оформил на твое имя. И, пожалуйста, моя Принцесса, не отказывайся принять от меня то единственное, что я могу тебе от чистого сердца отдать. Пусть это будет приданое для твоих детей. Я хочу, чтобы вы не были зависимы ни от кого.

Помни всегда – я люблю тебя.

НАВСЕГДА ТВОЙ Влас.

PS: Прости меня, Принцесса, за это сумбурное письмо. Я не умею красиво излагать свои мысли, но я написал о том, что сейчас творится у меня в душе, и о том, что я чувствую…

Прощай, моя единственная любовь…”

Маша

— Ну здравствуй, Влас, – провожу рукой по кресту. – Смотри, что я тебе принесла, – чтобы как-то сдержать поток слёз, прикусываю губу. – Ты всегда дарил мне пурпурные розы, – кладу цветы на могилу. – Мне очень жаль… что так нелепо оборвалась твоя жизнь. Ты прости меня, что не смогла быть на… похоронах, – к горлу подступает ком, спирающий дыхание, – мне тоже было очень плохо, – сглатываю. – Мне сделали кесарево… у нас с Марком родились два маленьких ангелочка, мальчик и девочка, – смахиваю слезу. – Они такие крошки. – И… я… мы очень счастливы, – всхлипываю. – Я бы очень хотела познакомить их с тобой. – Отрываю свой взгляд от портрета Власа и смотрю в сторону, где стоит мой муж, нервно курит, не отрывая от меня взгляда. Марк отнесся с пониманием, предоставив мне личное пространство. – Я прочитала твое письмо, – поворачиваюсь к могиле, – мне бы хотелось поделиться с тобой радостью материнства лично, – всхлипываю, – но жизнь распорядилась иначе. Прости, – провожу рукой по его портрету. Знакомые и родные черты лица разрывают мое сердце в клочья. Он тут такой красивый. Его улыбка. Его глаза. Когда-то они были для меня целым миром. – Прости, что не сберегла чувства к тебе. Я тебя тоже очень любила, но эта любовь была в нашем с тобой прошлом… а потом я встретила Марка, и он стал для меня самым дорогим человеком. Прости. Мне очень жаль, что ты так и не смог, и не успел полюбить заново. Прости меня за все. Ты навсегда останешься в моей памяти, в моем сердце. Невыносимо осознавать, что мы никогда не увидимся… – прикрываю ладонью рот, чтобы заглушить рыдания. – Спасибо тебе… – сглатывают слезы. – Я хотела рассказать тебе… Скоро построят реабилитационный центр для женщин, попавших в трудную ситуацию, и я решила назвать его в честь тебя. А еще, на твои деньги сделали ремонт в детском доме, оборудовали современной техникой классы. Даже после смерти ты будешь дарить людям надежду на новую и счастливую жизнь. Шанс, который мы с тобой упустили, ты подаришь другим людям, – замолкаю, вглядываясь в его фотографию. Порой я задаюсь вопросом, почему жизнь сложилась так, а не иначе? – Знай, ты навсегда останешься в моих воспоминаниях, – несколько минут я молча смотрю на портрет, – покойся с миром. Прощай, Влас, – поворачиваюсь и, не оглядываясь, иду к своему мужчине, к своему мужу, к своему будущему.