Книга Он Мной Одержим Навеки, страница 96 – Яна Ланская

— Серёж, — даёт команду докладчику, — дай наводку костромским, пусть остановят, и поднимай вертолёт. Надо блудного сына домой привезти.

Сотрудник кивает и удаляется.

— Костя, — в тоне Юлии Владимировны слышно явное недовольство, — прекрати немедленно! Отмени! Он не маленький и может за себя постоять. Уехал, значит, надо проветрить мозги. Далеко уехал, значит настолько ты его допёк. Дождёшься, что сбежит от тебя сёрфить в Австралию, и никакие акции ему не нужны будут. Аня, скажи ему!

— Что сказать? — растерянно спрашиваю и наблюдаю, как абсолютно спокойная сегодня Юлия Владимировна превращается в львицу, когда дело касается её сына.

— Что Владу не понравилось, как его контролируют и опекают. Что он тебе сказал? — Юлия переключается резко с меня снова на мужа. — Ты зачем в их отношения влез, Костя? Если бы я знала…

Вот теперь наша дружба с Ананьевским старшим точно подошла к концу… Мой язык меня в могилу сведёт! Всего-то надо было промолчать на зачёте, теперь тут. Ничему меня жизнь не учит…

— Юль, ну я могу ошибиться? Да не прав! Но что трагедию-то раздувать?

— Костя, скажи это нашему сыну! И прекрати контролировать всё! — Разворачивается с громким выдохом и возвращается к столу.

— Что делать будем? — Спрашивает Константин Юрьевич у меня, как будто я его сообщник. Хотя… так и есть.

— Я не знаю. Я домой хочу, — признаюсь.

Нет сил ждать. Он уехал очень далеко, и ждать его возможного возвращения всю ночь я не собираюсь. Да и вообще обидно. А меня нельзя было взять с собой? Молча бы ехали, я бы вообще не высовывалась, но не была в такой ситуации…

— Сейчас Никоновы полетят в Москву после ужина. Если хочешь, можешь вернуться с ними, — предлагает Константин Юрьевич.

— Да, пожалуй, так будет лучше, спасибо.

Еле дождавшись окончания трапезы, бегу собираться домой. Я даже в этой спальне одна находиться не могу. Там слишком много воспоминаний. И самых приятных, и болезненных. Никто меня не предупредил, что влюблённость может оборачиваться такими неприятными моментами.

— Анют, не прощаюсь, — тепло обнимает меня Юлия Владимировна, — не переживай. Бывает. Выше нос!

Благодарно киваю ей и стараюсь держаться.

— Ань, на связи! — Говорит Константин Юрьевич на прощание, и я понимаю, что мы всё ещё сообщники. С одной стороны, я рада, а с другой, если я хочу доверия Влада, надо как-то отстраниться.

С высоты грустно наблюдаю за их деревней. Несмотря ни на что, мне здесь очень понравилось, было не просто круто, а очень круто. Если бы не этот дурацкий Ярослав! Хоть бы он замёрз в этом Салехарде!

Весь полёт у меня в голове рой мыслей. Ни на секунду не могу расслабиться и отдохнуть. Голова уже невыносимо болит, хочется скорее принять таблетку, душ и лечь спать. Проснуться и чтобы всё снова было хорошо.

Оказалось, что мы с Никоновыми практически соседи. В их коттеджном посёлке есть вертолётная площадка, на которую мы и сядем. А потом их водитель меня довезёт до дома. Это не больше десяти минут.

— Мам, пап! Я дома! — Кричу, войдя в дом.

— Анют, привет! А ты чего так рано? Мы тебя ждали в среду!

— Планы изменились, мам! — Пока ничего говорить ей не буду. Надеюсь на положительный исход.

— Ань, — как-то подозрительно начинает мама, — а ты как всегда ничего на участке не заметила?