Книга Loveлас, страница 111 – Яна Ланская

— Лу, любимая, — воркует Игорь и опережает меня. Если бы не пристальное внимание всей извращенской семейки ко мне, закатила бы глаза. — Как тебе имя Всеволод? Мы с Даной сошлись на нём.

— Всеволод Игоревич? Шикарно! Мне нравится! Да, пап? Олегс, тебе нравится? — Мама сияет, уже очаровала и псевдо-пасынка, но я вижу, как она напряжена. Один её мгновенный испуганный взгляд, и мне понятно, что она играет.

И Игорь играет. Всё блеф. Он боится, что мама узнает. Неужели она ему реально дорога, но он настолько извращён, что себе отказать не может?

— Подумай насчёт четверга, — тихо бросает напоследок и возвращается к маме.

Рыскаю глазами по диванам в поисках своей сумки и не понимаю, как ему это удаётся. Он звучит настолько уверенно и убедительно, что я ещё и размышляю, ехать или нет. Мистика какая-то! Мама обнимается с Игорем и впервые снимает свою маску и глазами вопрошает, у меня всё ли нормально. Шепчу губами «нет» и чувствую, что не вывожу.

Мама целует наспех Игоря и направляется ко мне.

— Котик, ну ты чего скисла? Скоро десерты подадут! Больше никакого шампанского! — Начинает хохотать и щекотать меня, как ребёнка. Она думает, я на уровне Есении и Стефании что ли осталась? — Дана, потерпи чуть-чуть, пожалуйста. Скоро отправлю тебя домой с родителями.

Мама чмокает меня в заключение и направляется обратно к Игорю. Лучше бы она меня не поддерживала. Мне становится вдвойне тяжелее. Нос щиплет, и я часто моргаю, чтобы не расплакаться перед надвигающимися на меня Машей и Олегом.

— Ты останешься на ночь? — Садится ко мне Маша.

— Нет, у нас собака одна дома. Мне надо вернуться, — теперь я понимаю, почему мама не разрешила взять с собой Лайму.

— Я так хотела с тобой поболтать. Надеялась, что мы куда-нибудь сходим.

— Куда? Мы можем сходить, мне необязательно оставаться.

— Если папа позволит, — вздыхает. — Ты же тоже не с рождения в Москве, да?

— Да, я до пятнадцати лет жила в Риге.

— У тебя было ощущение, когда ты прилетала в Москву, что ты в параллельную реальность попадаешь?

— Нет. Час лету, какая другая реальность? — Смеюсь. Мне нравится Маша. Она какая-то чудаковатая.

— Нет, я не об этом. Просто когда я сюда прилетаю, я представляю, какую могла бы прожить здесь жизнь. У меня в школе и колледже русскоязычных особо не было. Весь круг общения местный и из экспатов, и я иногда смотрю аккаунты русских девчонок и представляю, что живу их жизнь. Хожу здесь в универ, за мной ухаживает какой-нибудь парень на «эмке». И я нормальная. И живу нормальную жизнь. У тебя есть парень?

— Есть. Маш, спасибо тебе! Ты действительно плюс всего этого, — обнимаю девушку, с которой знакома пару часов, и понимаю, что она может стать моей близкой подругой.

— Ну так что? — Спрашивает, лёжа на моём плече. — Покажешь мне нормальную жизнь? Я здесь на три недели. Впервые за всю жизнь!

— Покажу!

— Я уже тебя обожаю! — Кажется, абсолютно искренне говорит Маша. — Пойду распоряжусь о пирожных. Я перевозила набор от Седрика Гроле*, как какой-нибудь редкий экспонат на «Кристис». Надеюсь, вы оцените мои старания.

*Christie's — аукционный дом, который занимается продажей произведений искусства, антиквариата и других ценных предметов.

*Седрик Гроле — всемирно известный французский кондитер. Его кондитерские есть в Париже, Лондоне, Монако, Сингапуре и Сен-Тропе.