Книга Loveлас, страница 166 – Яна Ланская

— Ничего себе, какие у всех красивые имена, — расплывается Даня в улыбке перед Игоревским цветником. — Луиза, Дана, Ева, Алла, Есения, Стефания и Маша с Уралмаша.

В комнате повисает гробовое молчание, которое прерывает Игорь своим басистым громким смехом. Будто по команде с позволения хозяина начинают смеяться остальные.

— Парень, — хлопает Игорь Даню по спине, а меня аж передёргивает, мне неприятно, что он его касается. — Ты мне определённо нравишься.

— Вот! — Абсолютно не смущённая Маша вскрикивает. — Я просила назвать меня Эммой!

— Марусечка, Эмма в Англии — то же самое, что и Маша в России. И вообще, Есений и Стефаний сейчас больше Марий. А это самое красивое имя. Его носила лучшая женщина на Земле, — целует её Игорь в лоб и треплет по голове.

Атмосфера становится такой тёплой, что я в тысячный раз себя уговариваю, что мы сможем стать нормальной семьёй, но затем я смотрю на Еву с её отобранными на бумагах дочками и понимаю, что это всё лживый фасад.

С удивлением отмечаю, что Даня выкидывает финт Трампа при рукопожатии с Олегом и чуть ли не плечо ему срывает. Приревновал к нашей фотографии в моём статусе? Меня неожиданно это так радует, что настроение тут же подскакивает.

Ужин на удивление проходит хорошо, Даня себя чувствует как рыба в воде, со всеми общается, много шутит, и я жалею, что не взяла его в первый раз. Кто знает, может, его приход избавил бы от многих неприятных моментов. А машина бы сгорела вообще у Игоря на стоянке, вот бы было веселье!

Один из друзей Игоря — ресторатор, и Даня не теряется и начинает ему рассказывать о своих планах и видении. Мама многозначительно мне кивает, явно намекая на то, что Даня умеет завязывать знакомства, а я нет.

Я приглашаю Машу с Олегом на вечеринку в честь Хэллуина, в этот раз никаких строгих правил нет, и могут прийти все.

— Игорс, может, и нам пойти? М? — Хохочет мама.

— Луиза Александровна, если у вас будет костюм, в котором вас не узнают, я только «за», — не теряется Даня и снова возвращается к разговору с ресторатором.

Нам подают горячее, и разговоры немного стихают и полностью сосредотачиваются на еде. Что что, а повар у Игоря высший. Слышу, как у Дани начинает разрываться телефон от вибрации. Сообщения сыплются одно за другим и начинают напрягать всех присутствующих.

— Прошу прощения, видимо, что-то очень важное, — говорит Даня деловым тоном, и я еле сдерживаю улыбку. Да, у двадцатилетнего парня наверняка дела важнее, чем у олигарха. Даня быстро отключает уведомления и читает сообщения. — Сладкая, у нас новый план. Мне надо отъехать.

За столом, конечно, мы не можем обсудить, что там за план родился у следователя, но решаем не дожидаться десерта и уехать. Даня извиняется и говорит, что никак не может остаться, и нам нужно возвращаться в город. Мама с Машей начинают настаивать на том, чтобы я осталась с ними, и в итоге я соглашаюсь.

— Ты уверена? — Спрашивает Даня в дверях. — Как доберёшься?

— Сергей довезёт. Да, так даже лучше! — Округляю глаза, чтобы до него дошло, что на нас так меньше будет подозрений.

— Чтобы к часу дома была, — строго говорит Даня, а сам смотрит на меня с таким искушением, что у меня мгновенно намокают трусики. Целую его на прощание и отпускаю.

Останавливаюсь у зеркала, поправляю слегка растрепавшиеся волосы и одёргиваю жакет. Я специально сделала максимально взрослящий меня макияж и оделась не как подросток. Плиссированная юбка на запах и жакет с фактурными плечами накидывают мне лет десять, и ожидаемо Игорь на меня особо и не смотрел.