Книга Loveлас, страница 37 – Яна Ланская

Проезжаем в самый конец посёлка и заезжаем в огромные кованные ворота. Господи. Возомнил о себе…

Весь посёлок по сравнению с поместьем Игоря сборище нищебродов. У него, наверное, двадцать объединённых участков и неприлично большой дом. Ну как дом — настоящий особняк с закосом на поместья.

Становится не по себе. Он женат, он не собирается разводиться, а мы сюда будто тайком приезжаем. Это так унизительно. Настроение тут же падает, и никакой Даня его не в состоянии спасти. А как я буду с его детьми общаться? Как они ко мне отнесутся? Как к дочери шлюхи. Тут и к гадалке ходить не нужно.

Игорь нас уже встречает у входной группы.

— Добро пожаловать, мои красавицы! — Улыбается своей белоснежной улыбкой. С какого мы его красавицы? Его красавица в Лондоне сидит.

— Игорс, — произносит мама на латышский манер и чмокает его, — а где Олег с Машенькой?

— Здравствуйте, — бурчу еле слышно и сажусь за стол, где для нас, видимо, подан чай.

— Они сюда не приедут. Не захотели, — сухо отвечает, и я замечаю, как мама скисает. Она рассчитывала, что обретёт таким образом какой-никакой официальный статус, а тут облом. Дети явно ей указали на место своим отказом, но я рада. Это намного лучше. — Как у вас дела?

— О, хорошо. Дана встречается с братом Анны Ананьевской, представляешь?

— А кто такая Анна Ананьевская? — Явно без интереса спрашивает Игорь.

— Ну как? Невестка Ананьевского.

— А мне что до этого? — Небрежно цедит Игорь.

— Я думала, тебе будет интересно, — мама скисает еще больше и начинает перекладывать с места на место чайную ложку.

— Луиза, мне абсолютно не интересны твои женские сплетни. У меня экологическая катастрофа в Братске, в Новокузнецке проблемы, а ты мне про Аню какую-то, — Игорь встаёт из-за стола и спускается с веранды в сад.

— Но ты говорил, — пытается оправдаться пунцовая мама.

— Замолчи, — абсолютно неуважительно бросает ей и скрывается в роще.

Поднимаю глаза на маму, на ней нет лица. И как она это терпит?

— Может, домой поедем?

— Нет, — мама понимает, что нужно держать лицо, и возвращает себе безмятежное выражение, — у него просто неприятности. Не обращай внимания.

По её трясущейся руке, еле удерживающей тончайшую чашечку, и дрожащей губе понимаю, что она вообще не в порядке. Мне казалось, что я буду злорадствовать, когда он её бросит, но мне её искренне жаль.

Ну да, он ей помог по карьере, но на этом всё. Встречаются они редко, по строго оговоренному времени, я их расписание уже наизусть выучила. В роскоши он её не купает, замуж никогда не возьмёт, спрашивается: ради чего всё? Ну, симпатичный, возможно, умный и интересный. Может, секс хороший?

— Мам, а Игорь хороший хоть любовник?

— Чего? — Мама выпучивает на меня свои глаза, — ты с ума сошла? Я вроде тебя воспитывала, — встаёт и уходит с веранды куда-то вслед за своим Игорсом.

Ну а что? Сама говорила, что я должна с ней открыто общаться. Мне правда непонятно, что она с ним забыла. Какая бы она ни была стерва, она не дура точно.

Хотя… Я себя тоже дурой не считаю, пока этого чёртова Кузьмина в радиусе километра нет. Проверяю телефон, нет ли от него ещё что-нибудь, и только потом вспоминаю, что мы не обменивались контактами. Мог бы в ВК написать, спросить, как я себя чувствую.

— Изволите ещё чаю? — Девушка в переднике вырывает меня из дум.