Онлайн книга «Не Платонические отношения»
|
— Он в Нью-Йорке. Стажируется в ООН, — с гордостью заявляю. — В ООН? Во номер! — Взрываются от противного ржача. — А у меня в гараже «Роллс-Ройс»! Ясно всё с тобой, Полинка-Корзинка! Бывай! Чиркани в «ВК», когда скучно станет. Парни наконец встают из-за стола и пересаживаются к девочкам, которые шушукались за моей спиной. Вижу, что они теперь вчетвером меня обсуждают, беру своё пальто и спешно покидаю заведение. Какая неприятная встреча! Жуть… Вот это контраст! За полчаса погода испортилась. Бегу под моросящим дождём и кутаюсь в воротник. Спустя десять минут дождь начинает кристаллизоваться, и я вижу первый снег на пожухлой траве. Впервые за неделю мне становится комфортно. Мне гармонично под ледяным ветром и мокрым снегом. Забегаю на пункт выдачи заказов, забираю свою посылку и отмечаю, что на улице за пять минут уже белый покров. — Дедушк! Дедушк! Снег пошёл, видел? — Забегаю домой и понимаю, что дедушки дома нет. Бросаюсь в ванную, проверяю горницу, чердак. Нигде нет. Неужели за пивом ушёл? Как? Он до туалета-то по стенке ходил, а тут ушагал! Да ещё и в погоду такую! По привычке проверяю телефон, ноль уведомлений. Надо самой писать, а дедушка с одноклассниками меня просто растоптали. Ну как он так может мне в душу наплевать? Неужели не видел мои труды? Не замечал моих переживаний? Как можно себя так не любить? Откажут у него органы, и что мы будем делать? Как я его вытяну? Ну за что мне это? Даю слабину и снова реву. И эти ещё… Как котёнка макнули. Всё правильно! Нет у меня никакого парня в Нью-Йорке! Вот такого Сашу или Лёшу я и заслуживаю! А Платону я не пара… Умываю опухшее заплаканное лицо, завариваю себе чай и с грустью смотрю в окно. Снег валит крупными хлопьями, ветер завывает. Да уж! Начало ноября, а будто февраль. Допив чай и не дозвонившись до дедушки, понимаю, что надо чистить дорожку. Дедушка чего доброго запнётся и упадёт. Переодеваюсь в спортивный костюм, надеваю бабушкин тулуп для работы и иду искать лопату в дедушкин чулан. Пока снега мало, я справлюсь. Дальше без мужской помощи никак. Отворяю дверь уже с трудом, её завалил мокрый и тяжелый снег. Моя голодная неделя даёт о себе знать, и уже через несколько бросков силы меня покидают, спину ломит, а шея становится потной и начинает чесаться от ворота. Опираюсь на лопату, восстанавливаю дыхание и заново приступаю к тяжёлой работе. Как же дедушка тут один справлялся? Он-то слабый совсем. Так и зарос бы тут в грязи и из дома даже не смог бы выйти. Хорошо, что я приехала. Может, его пагубные привычки ещё и живы, но я ему покажу, что можно жить иначе, и дай Бог ещё восстановится. Вожусь с лопатой, ругаюсь на неё и на непрекращающийся снег, и вдруг слышу, что кто-то притормаживает у наших ворот. Радуюсь, что дедушку кто-то подвёз. Поворачиваю голову, снег валит, рассмотреть ничего не могу, но вижу восемь светодиодных точек. Фары «Порша»… Замираю и боюсь пошевелиться. У него нет «Кайена», но… А вдруг всё-таки Платон? Хлопает дверь машины, и я тут же подрываюсь к воротам. — Тоша! — срывается с губ, когда вижу пробирающегося ко мне по засыпанной дорожке Платона. Кажется, моё сердце сейчас выпрыгнет из груди. Поверить не могу! Не вытащил из блока, а опять прилетел? Нашёл меня? В носу щиплет от приближающихся слёз, и я начинаю моргать, чтобы сдержаться и совсем не расклеиться. |