Книга Измена. Холод откровения, страница 42 – Нина Авсинова

Тишина.

Постепенно слёзы высыхают. Дыхание выравнивается. Я закрываю глаза и проваливаюсь в тяжёлый, беспокойный сон.

Просыпаюсь от запаха.

Сначала не могу понять, что это. Что-то сладкое, тёплое, знакомое...

Блины.

Открываю глаза. Солнечный свет льётся в окно — я забыла задёрнуть шторы. Смотрю на часы — восемь утра.

Встаю с кровати, иду в ванную. Умываюсь, причёсываюсь, смотрю на своё отражение. Выгляжу не очень — тёмные круги под глазами, опухшие веки. Но уже лучше, чем вчера.

Выхожу из комнаты, иду по коридору. Запах блинов усиливается.

Захожу на кухню — и вижу Максима. Он стоит у плиты, переворачивает блин на сковороде. На столе уже стоит тарелка с готовыми блинами, рядом мёд, сметана, варенье.

Он оборачивается, видит меня, улыбается.

— Доброе утро. Как спалось?

— Доброе, — отвечаю я, садясь за стол. — Спасибо. Спалось... не очень, если честно.

Он кивает понимающе.

— Представляю. — Снимает со сковороды последний блин, выкладывает на тарелку. Несёт к столу, ставит передо мной. — Ешь. Тебе нужны силы.

Смотрю на блины, и внутри что-то тёплое разливается. Этот простой завтрак, эта забота, это тепло — так контрастирует с холодом, который царил в моём браке последние недели.

Беру вилку, отрезаю кусочек. Макаю в мёд. Кладу в рот.

Вкусно. Невероятно вкусно.

— Спасибо, — говорю я тихо. — За всё. За то, что пустил меня. За то, что просто... рядом.

Максим садится напротив, наливает себе кофе.

— Не за что, Марин. Правда. — Он делает паузу, смотрит на меня серьёзно. — Сегодня тебе надо еще забрать Софу.

Киваю.

— Да. После школы. Я... я не знаю, что ей сказать. Как объяснить.

— Скажешь правду, — говорит он просто. — Дети чувствуют ложь. Лучше честно объяснить, что произошло. Конечно, без подробностей, но честно.

Смотрю на него и понимаю, что он прав. Софа умная девочка. Она всё равно почувствует, если я буду врать.

— Ты прав, — соглашаюсь я. — Спасибо.

Мы едим молча. Я жую блины и думаю о том, что впереди. О разговоре с Софой. О встрече с юристом. О том, что Толя наверняка не оставит это так просто.

Но сейчас, в этот момент, за этим столом, с блинами и мёдом, я чувствую что-то похожее на спокойствие.

Впервые за долгое время утро не пугает меня.

После завтрака я помогаю Максиму убрать со стола. Мою посуду, вытираю столешницу — эти простые действия успокаивают, возвращают в реальность.

Он стоит рядом, вытирает тарелки полотенцем, убирает их в шкаф. Мы работаем молча, но тишина комфортная, не напряжённая.

— Марин, — говорит он, когда последняя чашка оказывается на месте. — Подожди секунду.

Он уходит в комнату, возвращается с небольшой связкой ключей. Протягивает мне.

— Держи. Второй комплект. Чтобы ты могла приходить и уходить, когда захочешь. И когда заберёшь Софу после школы, просто приезжайте сюда. Располагайтесь в той комнате, где ты спала. Я перенесу туда кресло раздвижное, чтоб было спальное место для Софы.

Я смотрю на ключи в его протянутой руке и чувствую, как внутри сжимается что-то тёплое.

— Макс... — голос дрожит. — Ты уверен? Мы с Софой...

— Уверен, — перебивает он мягко, но твёрдо. — Марин, перестань сомневаться. Всё нормально. Правда.

Беру ключи, сжимаю их в ладони. Металл тёплый от его руки.

— Спасибо, — шепчу я. — Я... я не знаю, как тебя отблагодарить.