Книга Предатель. Он (не)достоин меня, страница 51 – Нина Авсинова

Даёт мне таблетку, приносит воды. Запиваю послушно.

— Спасибо, – говорю, и голос дрожит от благодарности. – Если бы ты случайно не приехал...

— Не думай об этом, – обрывает он мягко. – Маша приедет?

Качаю головой.

— Она за городом, на дне рождения подруги. Завтра вечером вернется.

Максим молчит несколько секунд, обдумывая ситуацию. Потом решительно говорит:

— Тогда я остаюсь.

Смотрю на него удивлённо.

— Что? Нет, Максим, ты с ума сошёл! Зачем тебе это?

— Тебе нельзя одной оставаться, – объясняет он терпеливо. – При повышенном давлении может случиться всё что угодно. Как врач не могу тебя оставить. Переночую на диване, утром проверю твоё состояние.

Хочу возразить, сказать, что не нужно, что справлюсь сама. Но правда в том, что мне страшно оставаться одной. Страшно, что снова станет плохо, что упаду, ударюсь головой, и никто не узнает.

— Хорошо, – соглашаюсь тихо. – Спасибо.

Он кивает, встаёт.

Показываю ему, где взять подушку и постельное бельё. Он быстро застилает диван, устраивается. Я иду в спальню, переодеваюсь в пижаму, ложусь в кровать.

Лежу в темноте, слушаю тишину. За стеной посапывает Максим. Странно – в доме есть мужчина, но не муж. Человек, который остался не потому, что обязан, а потому, что неравнодушен.

Засыпаю удивительно легко.

Просыпаюсь от запаха кофе и яичницы. Сладко потягиваюсь, открываю глаза.

На часах девять утра.

Встаю, надеваю халат, иду на кухню. Максим стоит у плиты, помешивает яичницу на сковороде. Волосы слегка взъерошены, на нём вчерашняя рубашка, но выглядит он бодро.

— Доброе утро, – говорит, оборачиваясь. – Как самочувствие?

— Намного лучше, – улыбаюсь. – Ты готовишь?

— Ага. Завтрак почти готов. Садись, – кивает он на стол, где уже стоят чашки, тарелки, масло, джем.

Сажусь, наблюдаю, как он ловко орудует лопаткой. Домашняя картина. Уютная.

Он подаёт мне тарелку с яичницей, наливает кофе, садится напротив.

— Давление проверим после завтрака, – говорит деловито.

Едим молча несколько минут. Яичница вкусная, кофе ароматный. Чувствую, как силы возвращаются.

— Максим, – начинаю осторожно, – мне неудобно. Ты потратил на меня весь выходной, остался ночевать...

— Не говори глупостей, – обрывает он спокойно. – Я же врач. Это моя работа.

— Но я не твоя пациентка.

Он поднимает взгляд, смотрит мне в глаза.

— Ты мой друг, – говорит просто. – Друзей не бросают в беде.

От этих слов что-то тёплое разливается в груди. Друг. Да, наверное, так и есть.

— Расскажешь, что случилось вчера? – спрашивает он мягко. – Если хочешь, конечно.

Опускаю взгляд на тарелку. Горло сжимается от подступающих слёз.

— Его любовница пришла ко мне домой, – говорю тихо. – Сказала, что беременна.

Вижу, как темнеет лицо Максима. Как сжимается челюсть.

— Прийти к жене... вот дрянь, – произносит он с чувством. – Извини за выражение. Но это же надо быть такой...

Качаю головой.

— Дело не в ней. Дело в том, что муж врал мне. Говорил, что между ними ничего серьёзного не было. А оказывается, он водил её домой, когда меня не было. Они спали в нашей кровати.

Голос срывается. Закрываю лицо руками.

Чувствую, как Максим встаёт, обходит стол, присаживается рядом со мной. Кладёт руку на плечо – осторожно, бережно.

— Танюш, – говорит он тихо. – Мне так жаль. Так больно за тебя.