Книга Бывшая жена. Научусь летать без тебя, страница 38 – Элли Лартер

— Пока никаких прогнозов, — говорит он. — Надо подождать сутки, чтобы стабилизировать состояние. Чудо, что она вообще выжила и не получила травм, несовместимых с жизнью...

— Да уж.

— Ты приедешь в больницу?!

— Конечно! — я на автомате начинаю стаскивать с головы полотенце.

Увидев, что я творю, ко мне подскакивает Маша:

— Зоя Романовна, еще рано...

— У меня срочные дела, давайте, снимайте все и мойте мне голову! Закончим в другой раз!

— Да, конечно, конечно...

— И поскорее! — командую я. Потом говорю в трубку: — Через час буду!

— Ждем тебя, — отвечает Слава и сбрасывает вызов, а я снова тороплю своего мастера по волосам...

А через час уже стою перед реанимационной палатой своей матери.

— Алиса, ты сделала уроки на завтра?! — спрашиваю я у старшей дочери.

Впрочем, старшая она только по документам: девять лет! На деле же, семилетняя Амелия намного более серьезная и ответственная.

Амелия не только свою домашку первоклассницы на зубок знает, но и домашку сестры-третьеклассницы минимум на треть! И прочитает, и прописи заполнит, и главу из «Окружающего мира» расскажет...

А вот Алиса и свое терпеть не может, и сестре не помогает.

Я только успеваю поражаться, какие они разные, родные сестры.

Третья, Ариадна, которой три, вообще отдельная песня.

Если Алиса — это адепт спорта, обожающий акробатику, гимнастику и плавание, а Амелия — маленький умненький гений, сосредоточенный на учебе, то Ариадна — это чистое творчество.

Музыка, рисование, танцы — это про нее. Вечно крутится у зеркала, выдумывает какие-то па и пируэты, просит отдать ее в балет...

Может, и отдам.

Но пока — проверить бы уроки у Алисы, которая орет мне из своей комнаты:

— Не-е-ет! Мне ле-е-ень!

Твою же мать.

Я встаю и собираюсь было пойти к ней, но в этот момент раздается телефонный звонок.

Кто там еще?!

Смотрю на экран: Роман.

Мы ведь с ним часа два назад говорили!

Я закатываю глаза: он думает, видимо, что если будет мне названивать и уговаривать, то я соглашусь и отдам-таки не тридцать, а тридцать пять процентов акций.

Но нет. Я все решила.

Как бы ни раздражала меня собственная старшая сестра, вредить ей в ущерб себе и своей семье я не готова.

Ну что же, придется сказать об этом Роману еще раз...

— Ром, я не передумаю, — говорю я в трубку до того, как он успеет пульнуть в меня очередным аргументом.

— Не в этом дело, — отвечает он, и голос у него какой-то странный, будто каменный. Хм, интересно, а в чем же тогда?! — Агата в больнице.

— Что?! — не понимаю я. — Почему?!

— Авиакатастрофа.

— О боже...

— Да, она в ужасном состоянии.

— Что говорят врачи?!

— Пока ничего, надо ждать, стабилизировать состояние. Я не позвонил сразу, прости. Сейчас уже в больнице. А ты, если хочешь, приезжай.

— Конечно, приеду, — говорю на автомате. — Напиши мне адрес, ладно?!

— Да, сейчас.

— Спасибо.

Я откладываю телефон и упираюсь взглядом в стену.

Авиакатастрофа!

Ну ничего себе!

Агата, конечно, всегда была влюбленной в небо, как и отец.

В этом их главное сходство и моя главная головная боль.

Потому что, во-первых, всегда приходилось за них переживать: вдруг не справятся с управлением, вдруг непогода, птицы, что-нибудь еще?!

А во-вторых — и это еще более неприятно, — рядом с ними я всегда чувствовала себя человеком второго сорта.